Повесть не временных лет. Книга 1

–Ты меня запутал. Я вообще ничего уже не понимаю.

–А что тут непонятного? Сам же знаешь, что когда они своих мухоморов опиваются, то у них бошку напрочь сносит. К боли не чувствительны, и рубят всех кого не попадя, своих да чужих, всех без разбору. Я видел, как их после битвы останавливают. Их просто убивают, свои же.

–То, что их свои же рубят, честно, не знал. Но, все одно не понимаю. Если среди них не было берсеркера, к чему эти разговоры о них?

–Как, к чему? – Повысил, голос до крика, Жила. – Ты был берсеркером, ты.

–Да, ну тебя. Ты что, волчьих ягод нажрался? Я же никаких зелий не пил. С чего мне, берсеркером становиться?

–Да я, почем знаю? Глаза бешенные, рычишь, как зверь лютый, а еще этот твой смех, когда людишек кромсал. Да, я же теперь, по ночам спать спокойно не смогу. Меня, вон видишь, до сих пор от страха колотит.

–Так, ты меня решил теперь, до икоты запугать? Жила, кончай мне ужасы рассказывать.

–Ну тебя. – Махнул на меня рукой, Жила.

В этот момент, к нам подошел отрок.

–Там это, раненый под кустом лежал. Мы его опросили. Он сказал нам, где они своих коней оставили, под присмотром. Там, два охранника всего. Малинка, отобрала шестерых наших, они с ними разберутся, а меня к вам, все рассказать отправила.

–В какую сторону они пошли? – Спросил я, у парня.

–Не скажу. – Ответил, насупившись тот.

–Что значит, не скажу? Парень, ты что, белены объелся? Там-же, не дай боги, ранить кого-нибудь могут, или еще чего похуже. – Повысил, я голос.

–Могут.

–Жила, а ты какого ляда молчишь? – Повернулся я к Жиле, за поддержкой.

–А, что тут говорить? – Пожал плечами Жила. – Они, не малые дети, чтобы им сопли подтирать. Все верно, пущай потиху к взрослой жизни привыкают. А то, как же они воинами станут, если все время за чьей-нибудь спиной прятаться будут? И нечего на меня, глазами зыркать. Иди лучше, отдохни, дай людям спокойно делом заняться.

–Каким делом? – Опешил я, от такой отповеди.

–Да, хоть-бы эти куски мяса, что после тебя остались, поубирать. Все, иди, не дури голову. – Замахал он, на меня руками.

Я, понурил голову и стал подыматься на холм, недовольно бурча себе под нос, что вот мол, дожился. Никто не слушается, руками только на меня машут, да еще покрикивают, чтобы, мол, под ногами не вертелся. Хрен, уважения, или благодарности дождешься.