Ангел не хранитель

А если чуть что не так и заволнуются работяги, то быков-боевиков на разборки подтягивают. Ну, а на верху этой цепочки понятное дело паханы, сидят и каждый над своей сферой влияния трясется, но при этом пытается, у соседа кусок пожирней откусить, свою силушку показывая. И как водится в таких случаях, при этом напрягая народ патриотизмом. Вот и весь сказ всем этим измам.

Можно конечно возмущаться и кричать что это не так. Пока внизу – да. А вот если удастся приподняться повыше, то всю честность как рукой снимет. Вот играя в стратегию на компьютере, много вы внимания уделяете юнитам? Кто-то может задаст вопрос, а при чем здесь это? А при том.

Точно такая же психология у всех кто правит. За цифрами человеческие судьбы рассмотреть ой как не просто. Да и кто их рассматривать-то будет?

–Тысяча молний мне в задницу. – Прервал мои размышления мой спутник. – Быстро все-таки они на наш след вышли.

–А? Что? – Я уставился на Калью, лихорадочно соображая, о чем это он говорит.

–Не что, а кто? – Гаркнул он на меня.

 – Перебирай маслами юнец, пока нам хвост не прищемили. – И с этими словами он пришпорил своего мерина.

–Что? Опять? – Только и смог простонать я в ответ, цепляясь обеими руками за лошадиную гриву.

Вовремя вцепился. Конь рванул вперед, так что не держись я, так точно-бы из седла вылетел, а так, слава богу, удержался. Моя задница с новой силой начала знакомиться с седлом, что меня не сильно обрадовало. Вскоре к ней возвращая былые ощущения, подключились ноги и спина. Хоть-бы опять побыстрее в полуобморочное состояние впасть.

В нем эти мучения легче переносились. Вот только время шло, а спасительное забытье возвращаться не спешило. Гадство.

Мы летели сквозь лес, и мне то и дело приходилось проявлять чудеса изворотливости, уклоняясь от ветвей деревьев. Напорись я, на какой сук – точно повис-бы на нем как бабочка на иголке. Перспектива подобного экстрима совсем не возбуждает. По своему характеру я совсем не адреналиновый наркоман. В моей жизни мне подобного счастья и даром не надо.

Я родился и можно сказать возмужал во времена социалистического атеизма. С детства мне все уши прожужжали, что бога нет. Но вот в чем странность. Бога нет, но как только пятая точка паленным завоняет, мы сразу о нем вспоминаем, и проситься у него начинаем. «Спаси, мол, Господи и сохрани». Откуда только что берется? Правда, когда беды уходят мы тут же о своей слабости напрочь забываем и твердо убеждены что сами с усами. До следующего раза разумеется.