Ангел не хранитель

А я уж понадеялся было, что ты другого бедолагу доставать ускакала. Ан нет. Не ускакала милая. Неужели я тебе так сильно приглянулся, что отстать от меня не хочешь?

–Да вставай ты. Тут до дома всего ничего осталось. Даже если не спеша ехать, то до вечера доберемся. Там отдыхай сколько душе угодно, а здесь задерживаться надолго опасно. Надеюсь, не забыл, что нас ищут?

–Сгинь – нечистая сила. – Отмахнулся я от своего видения.

–До дома доберемся и сгину. – Пообещало оно мне, и показало при этом свои сильные здоровые зубы в оскале – подразумевающим видно добрую улыбку.

Нестерпимо захотелось сунуть ему в эти его крепкие зубы кулаком, да так чтобы он их на землю выплюнул. Но, слава богу, здравый рассудок победил. Сделай я так и оказался-бы в роли жабы решившей поставить подножку самосвалу. Пусть некоторые и называли меня отчаянным сорвиголовой, но инстинкт самосохранения у меня вполне здоровый. На дикобраза голой задницей лезть не стану. Кажется, моему личному именному садисту показалось, что одного пинка, чтобы привести меня в чувство, мало и он решил повторить свою попытку.

–Но-но. Только без ног. Сам встану. – Проснулось во мне дворянская гордость. Хотя вот вопрос и откуда она только вылезла в отпрыске трудового народа? – И на будущее чтобы ты знал – я подобной фамильярности между господином и слугой не терплю. Смотри у меня, выпарю на конюшне, коль надумаешь подобное повторить.

–Шутить изволите? Вот это хорошо. А то мой бывший господин занудой ученым был. Шуток напрочь не воспринимал.

–И поэтому ты его зарезать позволил и тело на поругание бросил?

–Нет. Вот тут ты не прав. – Лицо моего собеседника стало серьезным. – Появление стражников раньше времени стало для нас полной неожиданностью. Только поэтому я вовремя среагировать не успел. Понимаешь, они должны были появиться только после того как ты в себя придешь. А тут раз и заявились раньше срока. Ну и что касаемо тела, которое я бросил. Видишь ли, мертвому уже все равно.

Да уж. Против таких аргументов не попрешь. Особенно если учесть что гибель чародея на моей собственной совести лежит. Не прикидывайся я так долго мертвецом, глядишь и пожил-бы еще кудесник.