Рыцарь зимы

Эндрю, мне приятно видеть, что ты обладаешь не только храбростью, но еще правдивостью и скромностью. Смелость чаще толкает людей на безрассудство, нежели на мудрые поступки. Теперь лучше вернись к своим товарищам и скажи, что я вовсе не собираюсь тебя повесить, а затем возвращайся сюда. Командир моих войск даст тебе кое-какие уроки нападения и защиты, но ты не сумеешь научиться многому за столь незначительный срок. Если де Блуа примет тебя на службу – а я почти не сомневаюсь в этом, – он сам продолжит твое обучение.

– Немного, сэр. Я пригонял лошадей к отцу, который их подковывал, – от фермеров и местных жителей.

– Деревенские лошади? – презрительно фыркнул Роберт. – Не чистокровные, как я понимаю?

– Кто позволит деревенскому мальчишке ездить на добром жеребце или породистой кобыле, сэр?

– Верное замечание. Но, по крайней мере, тебе довелось сидеть на лошади, это уже кое-что. Надеюсь, ты быстро учишься, поскольку через месяц я должен оставить мою дочь и отправиться во Францию.

– Благодарю вас, сэр.

Мысли и вопросы теснились в голове Эндрю, и его душа пела, пока он шел к гостинице, чтобы попрощаться с друзьями. К тому времени, как он добрался до цели, наступило утро и на улицах начали появляться люди. Трое актеров сидели в главном зале, доедая похлебку и запивая ее слабым элем, когда Эндрю вошел внутрь.

Патрик, улегшийся на скамье у огня, произнес своим спутникам:

– Как, по-вашему, его распирает от гордости или самодовольства?

– От гордости, разумеется, – с готовностью произнес Артур. – Для самодовольства у него плечи недостаточно широки.

– Угадайте, что случилось?! – воскликнул Эндрю, едва сдерживаясь.

– Тебя отпустили, сделав предупреждение? – предположил Тоби.

– Я стану оруженосцем! – радостно произнес Эндрю. – Сэр Роберт де Соннак обещал дать мне коня, доспехи и письмо для сэра Гондемара де Блуа, чтобы тот взял меня в оруженосцы.

Трое юношей пораженно уставились на мальчика.

Наконец Патрик произнес:

– Эндрю, ты говоришь серьезно?

– Конечно! Разве стал бы я шутить о таких чудесных вещах?

– Чудесных, – повторил Артур, сбросив ноги Тоби со своих колен, куда тот попытался их пристроить.