Моя ходячая (не)приятность

И как же мне стало легче, глядя на лепестки цветов из свадебного букета, которые отскакивали от его головы и медленно, словно в каком-то дурацком сне, опускались на землю…

Крики родственников смешивались с шумом в ушах, порождая какофонию звуков, но это было неважно. Главное, моя ярость нашла выход наружу, и отравляла собой всех вокруг, минуя меня.

А сегодня вот я лечу в Италию, желая поскорее забыть прошлое, как страшный сон. И горько усмехаюсь, ведь лечу в свое свадебное путешествие, правда, в одиночестве.

Я почти засыпаю, когда нежный, практически невесомый голос борт-проводника объявляет о приближающейся посадке и просит пристегнуть ремни безопасности.

Наконец-то, я уж думала, что никогда не долетим.

Тут же пугаюсь этой мысли – как бы не сглазить. Не то, чтобы я суеверна, однако события последних дней как бы напоминают о том, что лучше перестраховаться и поплевать через левое плечо. Именно это я и делаю. Правда, по голове стучит себя сосед, явно намекая, что у меня не все дома и что-то лопочет под нос на незнакомом мне языке.

Эта ситуация забавляет меня настолько, что я еще долго улыбаюсь, пока скорый поезд, выполняющий роль трансфера, везет меня в здание аэропорта, откуда я должна забрать багаж.

Кто бы мог подумать, что я окажусь здесь, в Риме, в этом чистом, светлом городе любви и страсти, совершенно одна? Да никто!

У транспортерной ленты, которая медленно вращается, доставляя чемоданы своим законным владельцам, я стою уже полчаса, и до сих пор нет даже намека на мой багаж.

Остальные пассажиры почти разбрелись, на ленте сиротливо крутятся два чемодана… Но они, увы, не мой…

Жду еще полчаса, пока не начинают подтягиваться люди следующего рейса, а после иду в сторону справочного окошка. Тут-то и вспоминаю, что по-итальянски я ни бэ, ни мэ, ни кукареку. Впрочем, мои познания в английском тоже далеко не такие радужные и их хватает лишь на «Хэллоу, май нэйм из Кэт!».

Возле справочной стойки мнусь, не зная, как объяснить свою проблему, пока мне на помощь не приходит пожилой мужчина.

Рассказав ему все подробно, выдыхаю, когда он наклоняется к улыбчивой девушке по ту сторону стойки. Он бегло объясняет сотруднице аэропорта ситуацию, а после, повернувшись ко мне, радостно выдает:

– Ваш багаж улетел!

– Как улетел? – не понимаю я, что это значит. Может, он хотел что-то другое сказать, но неправильно подобрал слова?

– Улетел. Самолет. Понимаете? – еще шире улыбается он.

– Понимаете, – растерянно отвечаю я, хлопая глазами.