Атласная лента, или Легенда о Крумлове

 – Пиво уже готово?

– Конечно, готово! Только его еще на несколько месяцев необходимо поместить в глубокий подвал. За это время оно дозреет и приобретет, ммм, насыщенный вкус и аромат. Подольше хранишь в подвале, и оно становится крепче и резче. Запомни!

– Запомню, пан Дворжек! Кажется, у нас заканчивается дубовая стружка и клеверный мёд.

– Налей-ка мне кружку пшеничного, как твои волосы, Итальяна! – воскликнул один из посетителей. – Уж больно Вы вкусно о нем рассказываете!

– Сию минуту, пан Гженчич! Как поживают Либуша и Божана?

– Обижаются, что ты давно не заходишь.

– Скоро зайду, пан Гженчич! Передайте дочерям! Только раскрашу цветочный горшок для пани Антонии и приду.

– Передам!

– До чего ж ты красивая, Итальяна, – смакуя напиток, произнес другой завсегдатай пивной.

Тереза раскраснелась и скрылась за стойкой.

– Не стесняй девушку, Пётр! Сколько можно повторять, ты слишком стар для неё!

– Нееет, я и не помышляю, Франтишек. Нашей Итальяне нужен красивый статный молодец с приданым, еще гоже дворянин!

– А кто её отдаст? – притворно гневным тоном буркнул хозяин пивоварни.

– Я бы выдал любую из них за твоего сына, Ян, но ты ведь артачишься! – предложил Франтишек.

– Господь с Вами! Богуслав ни за что на свете не женится на этих бестиях! Они же его со свету сживут своими выходками.

– Да, ладно тебе, не так уж они и плохи, – заступился отец.

– Потому что додумываются держать рот на замке, оттого слывут кроткими пани. Вот только на деле оказываются теми еще болтушками, – не унимался Ян.

– Пан Дворжек шутит, – подмигнула Тереза, принеся пенную кружку. – Ваши дочки мои лучшие подруги, а я бы не стала дружить с эгоистками. Они обе хорошие.

Пан Гженчич расплылся в довольной улыбке и поцеловал девушку в щеку.

По дороге домой Терезе показалось, будто за ней кто-то следует. Но оборачиваясь, она наблюдала лишь туман, подгоняемый ветром. Накануне ночью ей приснился странный сон, где она падает с обрыва, но кто-то успевает поймать ее за руку. Она не могла разобрать лица этого человека, потому что оно постоянно менялось. Сильней прижимая к себе накидку, Тереза поспешила в свое селение.

Бабушка уже спала, значит пани Функе завела ее в дом с заходом солнца.