Блик

– Я тоже это слышал, командир, – отвечает Озрик, его губы трогает коварная ухмылка.

Эти два солдата переминаются с ноги на ногу. Один, похоже, сейчас рухнет наземь.

Рип безучастно смотрит на них. Взгляд у него такой колкий, что им можно резать стекло.

– Вот и преподайте им этот урок, капитан Озрик.

В улыбке Озрика нет ничего приятного.

– С радостью.

Солдаты бледнеют, один из них с шумом сглатывает.

– За мной. – Озрик поворачивается, и солдаты бредут за ним, а все остальные, включая меня, смотрят им вслед.

Ну все, кроме…

– Пойдем, Аурен.

Я вздрагиваю от испуга: командир Рип внезапно оказался возле меня.

– Куда? – настороженно спрашиваю я.

– К карете, – отвечает он. Не знаю, что меня удивляет сильнее: место назначения или же то, что он мне и правда ответил.

– Эй, командир, хотите чашечку каши? – спрашивает Кег, помешав нашим с Рипом «гляделкам», о которых я даже не подозревала.

Командир качает головой.

– Не сейчас. – Он снова переводит на меня черные глаза и поднимает руку, показывая дорогу.

Я иду вперед, и Рип подстраивается под мой темп. Он не ведет меня, а идет слева, не ускоряя и не замедляя шаг. Я слишком хорошо помню о его острых шипах на руках и стараюсь не приближаться. С каждым взмахом его руки прижимаю свою к телу.

Рип замечает это и приподнимает черную бровь.

– Нервничаешь?

– Осторожничаю, – поправляю я, смотря прямо перед собой.

По пути я подмечаю, что лагерь уже проснулся, почти все палатки разобраны, лошади накормлены и запряжены, армия готова вернуться в строй и снова отправиться в долгий путь.

Другие солдаты, независимо от их возраста или комплекции, разбегаются прочь, завидев приближающегося Рипа. Все до одного уважительно склоняют перед ним головы.

Я поглядываю на него краем глаза.

– Как вы с Озриком с ними поступите?

– С кем?

– С теми двумя солдатами.

Он передергивает плечом.

– Не волнуйся за них.

Я легонько скрежещу зубами.

– Их комментарии касались меня, поэтому, естественно, я волнуюсь.

– Да, доверяю.

Вздохнув от бессилия, я качаю головой.

– Нельзя заявлять, что доверяешь своим солдатам, а потом менять мнение, наказывать их или убивать из-за парочки примитивных гнусностей, брошенных пленнице.

Рип резко останавливается, вынуждая остановиться и меня. Мы одновременно поворачиваемся друг к другу лицом посреди оживленного лагеря.