В рамках дозволенного

Зовут…

В этот момент дверь распахнулась и в коридор, словно за ней гналась разъяренная толпа, влетела Лолита. Из-под ее огромной головы приглушенно доносился отборный мат. Голосок артистки назвать мягким и нежным было нереально, а уж рост… Стоило снять с куклы голову…

– Т-тимофей? – заикаясь, произнесла я.

Кажется, подопечный был не менее удивлен появлением ненавистной гувернантки в клубе, где он… танцевал стриптиз в женском наряде? О боже, за какие заслуги мне попался этот уникальный ребенок?

08

– Ах-ха-ха-ха… – дико ржал Джой, развалившись на диване.

 – Нянька? Тебе нанимают нянек? Пфф… Черт, Тимыч, почему мне об этом никто не сказал?

Нам пришлось переместиться в небольшую комнату, которую ведущий использовал вместо гримерки. Точнее, Тим, отойдя от шока, подорвался с места и скрылся за одной из дверей, а мы направились следом. Я не собиралась говорить Джою, почему искала парня, но… мой брат не мог не проболтаться. Ники заявил, что мы искали пацана, у которого я работаю гувернанткой.

– Потому что смысла не было позориться, – буркнул Тим, пытаясь расстегнуть замок на спине. – И раньше ни одна не прибегала за мной в клуб. – Он замолчал, пока смеющийся Джой помогал освободиться от костюма. – Лада, что вы тут делаете? Идите-ка… спокойно спать.

И взглянул так презрительно.

Ярость захлестнула меня с головой, волной прокатившись по телу, осела горьким привкусом на языке. Мне хотелось одного: разорвать мерзкого мальчишку на кусочки. Я мечтала сделать пару быстрых шагов и со всей силы ударить его по лицу, расцарапав щеку в кровь.

А потом, не жалея сил, вонзить ногти в шею, медленно раздирая ее и спускаясь к груди…

На мгновение я выпала из реальности. Я словно видела капельки крови на шее и обнаженной груди Тима, удивленный взгляд парня, который не верил, что его терпеливая гувернантка могла так поступить. И свою дикую гримасу наслаждения.

– Мы приехали за тобой. Лада очень переживала…

От голоса Ника волна злости постепенно отступила, забирая с собой яркие, тошнотворные видения и энергию, с которой я могла горы свернуть.

И чем яснее доносились до меня слова брата, тем сильнее я ощущала, как впиваются мои ногти в сжатые ладони, челюсти стиснуты, скулы напряжены. В голове зашумело, я покачнулась, хватаясь за Никиту, и брат придержал меня за талию.

Он знал, почему я ничего не ответила Тиму, поэтому и высказался за меня. Я – человек с взрывным характером, но давно научилась держать себя в руках.