Иномирье. Том 2. Скарабей

Как минимум, ничего такого, где бы требовалось вмешательство теней.

Кроны деревьев куполом укрыли жилище ребят от ливня. Сеть из корней прочно держала землю. Каменный дом, напоминавший лоскутное одеяло, оказался на удивление теплым и крепким.

Волнения улеглись, жизнь ребят вернулась в привычное русло. Первым делом подростки поменялись комнатами – в каморке девочек не было места для еще одной кровати.

Теперь новенькая жила в хорошей компании: поближе к командиру и подальше от парня, чьи идеи казались опасными.

Нарс вел себя спокойно. Как только раны зажили, он отправился на чердак, где первым делом починил генератор, что обрадовало обитателей дома. Мартес, также успокоившись, вернулся к обучению подопечных. В первую очередь, новенькой.

Корвус предстояло не только разобраться в хаотичном мире, но и погрузиться в быт теней. Сложнее всего оказалось контролировать силу – почти каждую ночь она просыпалась не в своей наскоро собранной кровати, а в коридоре.

Ей снилась старуха со спутанными космами. Она невнятно бормотала и шла к девушке, протягивая ссохшиеся руки. Её голос скрипел, как старые половицы, а в белесых глазах клубился туман.

Кошмары продолжались, пока однажды Корвус не проснулась на диване в гостиной. На этот раз она лежала под теплым пледом, а под голову кто-то положил подушку.

Может, потому что девушка почувствовала себя защищенной, а может, дело было в том, что впервые ледяные узловатые пальцы старухи не пытались ее схватить, но Корвус просто перевернулась на другой бок и уснула.

Почти.

Как только починили генератор, ребята захотели нормально помыться, но так как ванная комната была одна, командир выделил каждому по пятнадцать минут. Чтобы никто не ссорился, очередность определяли жребием – в Иномирье «судьбе», даже в виде мешка с пронумерованными листочками, никто не решался противиться.

Корвус, вытащившая номер восемь, терпеливо ждала у двери.

– Сейчас ты у меня вылетишь, – насупившись, проворчал Наре, сжал кулак, но слабый удар тока ужалил стоявшую рядом девушку. Ойкнув, она подпрыгнула и… на нее накатило знакомое ощущение полета.