Прощай, мечта

 – Я боялась, что придется провести ночь здесь, на холоде.

Он ничего на это не ответил. Когда он подошел ближе, Тори показалось, что черты его лица ей знакомы. О нет! Этого не может быть.

Он остановился в нескольких шагах от нее.

– Миссис Марино, я Марк Хантингтон. Мардж – моя мать. Так что теперь вы знаете, что я не бомж, промышляющий на пляже.

Сердце у нее глухо застучало. Марк Хантингтон. Что он здесь делает? Она не видела его много лет… пятнадцать, по крайней мере. Она слышала, что он был за границей на военной службе.

Но вот он здесь, смотрит на нее, смотрит не слишком доброжелательно, несмотря на вежливые слова.

– А как вы вообще сюда попали? И зачем?

Он ее не узнал! Это хорошо. Да и как он мог ее узнать? Она ведь едва его узнала. Не узнала бы, если бы встретила где-нибудь еще. В последний раз, когда она видела его, он был эдакий долговязый, самоуверенный подросток, который, вероятно, и не догадывался о ее существовании.

А сейчас он весь состоит из выпирающих мускулов. У него широкие плечи, темные, падающие на лоб волосы и прозрачные голубые глаза, которые враждебно на нее смотрят.

Он нахмурился:

– Вы в порядке?

Она кивнула.

– Э… меня зовут Тори. Но вам, очевидно, это известно. Я просто осматривала пещеры, сгустился туман и…

– Понятно, – прервал ее он. – Значит, все в порядке. Ваш муж забеспокоился, когда вы не появились к чаю. Вас все ждут.

Муж? Какой еще муж? У нее нет мужа.

– Мне очень жаль, что я причинила столько беспокойства, – сказала она, овладев наконец собой. Неудивительно разволноваться при виде того, в кого ты была влюблена, когда он был мальчишкой. Но ей следует помнить, что он – враг, как и все остальные Хантингтоны.

И вот сейчас один из Хантингтонов спасает ее от холода. Ситуация по меньшей мере щекотливая.

– Я потеряла счет времени.

Он кивнул, окинув взглядом ее голые руки и ноги, едва прикрытые коротким летним платьем.

– В следующий раз захватите куртку, – грубо посоветовал он. – Холодает очень быстро.

Она это знала. Ведь в детстве она каждое лето проводила на этом самом побережье. Но с тех пор прошло ни много ни мало пятнадцать лет, и когда она увидела место, где играла ребенком, то от волнения забыла о капризах погоды.

– Со мной все хорошо, – резко ответила она.