Танец среди гор. История о запретной любви

Ему рассказали про то, что у каждого человека ведется учет одновременно и хороших и плохих дел.

Так же о том, что, после смерти, душа попадает в рай в любом случае, просто за все негативное придется отстрадать до того. Ну, по крайней мере, так это понял Алекс. Ведь третья бутылка вина уже тоже стремилась к финалу. Хорват спросил о смысле многоженства.

– Ну смотри, – взялся отвечать Фарход, – если ты будешь всю жизнь есть одно и то же блюдо, как скоро оно тебе надоест?

– Полагаю, достаточно скоро.

– Вот ты сам себе и ответил, – довольно, наливая, сказал Гург.

Алекса такое немного смутило. Казалось бы, не должно ли это значить, что девушки тоже могут устать от одного мужчины? Но такой же наглядный аргумент у него сформулировать не получилось, так что он промолчал.

– Возможно, у нас это еще немного обусловлено тем, что в стране гораздо меньше мужчин, – как бы невзначай заметил Фарход.

Трое посидели еще немного. Официант забрал опустошенные тарелки, принес счет и Фарход рассчитался за всех. Алекс пытался отдать свою часть, но принимающая сторона настояла на том, что он это делает без толку.

Гург хотел взять и чемодан, который они переложили в такси, но Алекс настоял, что понесет его сам. Возможно, чтобы отстоять честь крестоносцев. Хотя подумал он об этом только смеха ради. Никогда он себя с ними по-настоящему не ассоциировал.

Последнее, что запомнил Алекс, было то, как Гург обещал заехать к нему в 9.40 утра и попросил быть готовым. Затем прозвучал щелчок в замочной скважине. Еще один, уже изнутри, и плавный, глубокий сон.

***

Проснулся Алекс очень бодрым. Будильник на его телефоне стоял на 9 утра, и там играла очередная мелодия американского исполнителя Моби. Алекс любил просыпаться под любимые песни, но часто их на заставке менял, ибо вскоре они начинали ассоциироваться с ранними подъемами и плохими эмоциями, вызванными ими.

Сходив в душ и приведя себя в порядок, он, в здешнем халате, заварил привезенный с собой пакетированный чай и достал из ручной клади пакет овсяного печенья. Полноценным завтраком это назвать было сложно, но, после нетрезвого вечера, получилось что нужно.

У хорвата был одноместный номер с небольшим балконом. Алекс пил чай, сидя на своей кровати, потом вышел на балкон и стал наслаждаться утренним Душанбе. Улицы были достаточно оживленны.