Вокруг вселенной

Теперь он был сильным, властным, доминирующим. Табби был впечатлен его взглядом еще до того, как он заговорил.

– Это мой межпланетный транспорт, – строго сказал он. – Я изобрел его, я спроектировал его, я управлял им, мысленно, много раз. Это один из самых важных моих вкладов в науку. Конечно, я все об этом знаю.

– О, – промолвил Табби. – Это прекрасно. Тогда мы все готовы начать, не так ли?

Сэр Исаак серьезно поклонился.

Табби в этот момент стоял у одного из маленьких окон. Луна все еще висела над яблоневым садом Билла Хокинса, и при виде ее Табби одновременно пришли в голову две идеи.

– Одну минуту, учитель. – сэр Исаак собирался закрыть тяжелую входную дверь. – Я не уйду, пока не пожелаю, чтобы яблоки Билла Хокинса лежали гнилыми на земле. Он злой парень, он никогда не позволил бы мне взять ни одного.

Глаза Табби сверкнули мстительной радостью при мысли об этой простой и эффективной мести.

– Давай, учитель. Пойдем посмотрим, как выглядят все эти яблоки, когда они гнилые.

Взгляд сэра Исаака был презрительным.

– Это ребячество, – коротко сказал он и захлопнул дверь.

Табби, подавленный, но все еще страстно и сильно желающий, чтобы эта катастрофа постигла несчастного Билла Хокинса, стоял у окна, в то время как сэр Исаак подошел к клавиатуре и без колебаний нажал одну из клавиш.

Комната слегка, но ощутимо задрожала. Ноги Табби сильно прижались к полу, а его живот, казалось, провалился. Это было похоже на лифт, который внезапно поднимает вас слишком быстро.

Профессор и Табби покидают Землю

Сэр Исаак выключил свет, погрузив комнату в темноту. Через окно Табби увидел освещенный луной пейзаж, тихо исчезающий под ними.

Через мгновение он отвернулся от окна, слегка ошеломленный и очень напуганный, но сразу же почувствовал себя лучше. Урчащий звук прекратился. Комната, на самом деле, оказалась неподвижной и довольно тихой. Табби больше не испытывал желания смотреть в окно, он сел в кресло, вытирая рукавом рубашки пот со лба.

Сэр Исаак, его высокая худая фигура, едва различимая в залитой лунным светом комнате, все еще неподвижно стоял у клавиатуры, его пальцы мягко, но твердо нажимали на клавиши, как ассистент хирурга держит пульс пациента во время операции. Табби мгновение пристально смотрел на него, затем отважился:

– Куда… куда мы летим, учитель?

Сэр Исаак пошевелился, и когда его пальцы оставили клавиатуру в покое, сердце Табби подпрыгнуло.