Вокруг вселенной

Он подозвал Табби и предложил ему вторую пару очков.

Табби сел на пол. Солнце сквозь дымчатое стекло казалось светящимся красным шаром, из которого поднимались огромные языки пламени. Сам шар был не больше обычного. Сэр Исаак отметил, что они были ближе к нему, но расстояние до него все еще было настолько сравнительно большим, что его визуальное увеличение диаметра было незаметно. Кроме того, на Земле атмосферное преломление увеличивало его.

Солнце находилось не прямо под ними, а значительно в стороне – на стороне, противоположной Луне.

И хотя сэр Исаак уже объяснил это явление в случае с Луной, Табби был очень поражен, увидев, что звезды совершенно невозмутимо сияют вокруг Солнца.

– Это первый раз, когда я увидел звезды, сияющие днем, – пробормотал он.

Сэр Исаак поднялся на ноги.

– Я вернусь через мгновение. Я хочу изменить наш курс и увеличить скорость.

Он оставил Табби сидеть там и пошел в инструментальную, где после еще нескольких алгебраических вычислений и тщательного обращения к огромной книге, которая лежала под рукой, он слегка нажал на другую клавишу и, после секундного колебания, на две другие на другом ряду клавиатуры.

Табби, сидевший на корточках на полу в другой комнате, увидел, как солнце и все звезды медленно качнулись в одну сторону – весь небосвод бесшумно сдвинулся под ним. Солнце теперь было прямо под ним, когда движение прекратилось. Посмотрев в боковое окно, он увидел, что Луна значительно поднялась. Теперь она была так высоко, что он мог видеть ее только потому, что лежал на полу.

Сэр Исаак вернулся.

– Теперь мы наберем хорошую скорость, – сказал он. – Мы направляемся прямо к Солнцу, со скоростью, в одиннадцать с половиной раз превышающей нашу прежнюю.

Он сел на пол рядом с Табби.

Было удивительно смотреть через это окно на солнце и звезды, в необъятность космоса прямо под ними, и осознавать, что они летят через него. И все же Табби не был встревожен, возможно, потому, что летательный аппарат казался таким надежным, таким без вибраций, таким абсолютно тихим и неподвижным.

Не было ни малейшего заметного движения с того первого момента, когда они стартовали. При изменении их курса, казалось, двигались звезды и солнце, а не транспортное средство.

Табби обдумывал все это.

– Почему мы не чувствуем, что движемся, учитель? – спросил он несколько минут спустя. – Если мы движемся так быстро…

– Мой дорогой друг, – ответил сэр Исаак, – ты должен понимать, что все движение относительно.