Сталь и Золото. Книга 2. Смерть и Солнце. Том 1

«Дан-Энрикс» всякий раз кривился от одного запаха ячменной водки, и Дарнторн подозревал, что это связано с давней историей, когда-то стоившей его сопернику серьезных неприятностей с лаконскими Наставниками. Прислушиваясь к глухим стонам за стеной, Льюберт совершенно искренне подумал, что на этот раз южанину не стоило бы привередничать.

Когда настала его очередь, Рикс поднялся с места и довольно твердым шагом прошел за подручным мэтра Кербина за загородку. Льюберт со странным напряжением прислушивался к наступившей тишине, продлившейся, по правде говоря, гораздо дольше, чем рассчитывал Дарнторн.

«Подох он, что ли?.. – мрачно думал Льюберт. – Сколько можно?..» Что именно «можно», он и сам не очень понимал. Когда пару минут спустя южанин все же закричал, Дарнторн попробовал злорадно улыбнуться – но улыбка получилась вымученной и не слишком убедительной.

Пару часов спустя проведать раненого зашел сам лорд Ирем, но южанин крепко спал и не проснулся, даже когда рыцарь поднял свесившуюся с лежанки руку Рикса и пристроил ее поверх укрывавшего южанина плаща.

Мессер Ирем между тем ужасно удивил Дарнторна, проведя рукой по растрепанным темным волосам «дан-Энрикса».

– Как он?.. – осведомился каларийский лорд, остановив спешившего куда-то лекаря. – Скоро придет в себя?

– Трудно сказать, мессер, – честно ответил тот, взглянув на спящего южанина. – Он потерял довольно много крови, когда мэтр Кербин вытащил из-под ключицы наконечник. Само по себе ранение довольно заурядное, но, если поступить, как ваш оруженосец – обломить древко стрелы и продолжать махать мечом, – то есть все шансы оказаться в лазарете уже без сознания. Позвольте вам заметить, что людей такого склада иногда не нужно даже убивать – они и сами превосходно с этим справятся.

Дарнторн только поморщился. Надо же было тратить столько слов, чтобы объяснить то, что было очевидно с самого начала – Пастух просто сумасшедший. Сколько Льюберт его знал, южанин всякий раз очертя голову бросался именно туда, где его ждали самые большие неприятности. Дарнторна это всегда раздражало, но в тот вечер он почти хотел, чтобы южанин поскорей пришел в себя.