Сталь и Золото. Книга 2. Смерть и Солнце. Том 1

Не задержавшись на оруженосце, взгляд мессера Ирема уперся в сжавшегося за спиной «дан-Энрикса» Линара.

– Это еще кто?..

От интонаций каларийца Криксу захотелось провалиться сквозь палубный настил.

– Пленник из Мирного, мессер. Его зовут Линар. Мы видели его сегодня утром на торгу.

– Понятно… Значит, одних разговоров о работорговле тебе показалось мало, – подытожил Ирем. – Решил перейти от патетических речей к конкретным действиям?..

Крикс вскинул голову.

– Мессер, я просто…

– Недоумок, – договорил рыцарь за него.

Эсвирта словно ветром сдуло. Крикс его не осуждал. Таков был Ирем.

– Купчую, – потребовал мужчина коротко. Крикс на мгновение замешкался, но потом все-таки подал ему пергамент. Рыцарь быстро пробежал его глазами. Поморщился.

– Ну, и о чем ты думал, когда это делал, интересно знать?..

– Он свободнорожденный, мессер Ирем, – попытался объяснить «дан-Энрикс».

– Бред больного, – покривился рыцарь. – На торгах Росанны – сотни свободнорожденных. Их ты тоже будешь выкупать?.. Работорговля существует столько же, сколько и сами Острова. Если надумал с ней покончить, то найди, по крайней мере, более логичный способ.

Энониец в замешательстве взглянул на рыцаря. Конечно, если рассмотреть вопрос с подобной стороны, то Ирем был не так уж и неправ. Однако…

– Старый Кодекс говорит, что рыцарь должен делать то, что может, а не размышлять о том, что выше его сил, – нашелся Крикс.

Его сюзерен нехорошо прищурился.

– Свободен?.. Может быть, тебе напомнить, что мы здесь не на морской прогулке? Мы плывем в Каларию, а там идет война. Посмотрим, что ты станешь говорить о ценности свободы, когда из мальчишки будут по живому вырезать такийскую стрелу. Или когда треть лагеря сляжет с кровавым поносом от плохой воды, и твой задохлик в числе первых.

Крикс отвел взгляд. Возразить было нечего. Если в Каларии с Линаром в самом деле случится что-то плохое – это будет целиком и полностью его вина. Лучше всего было бы как-то переправить бывшего эсвирта в Мирный или, на худой конец, в столицу, но в эту весну большая часть торговцев отказалась от идеи пересекать воды Неспящего залива, где гонялись друг за другом корабли Аттала Аггертейла, Ар-Шиннора и дан-Энрикса.