Сталь и Золото. Книга 1. Истинное имя. Том 1

Во-первых, вблизи города гораздо проще затеряться, а я не такой дурак, чтобы попасться сразу же после побега. Во-вторых, этот сэр Ирем – никакой не энмерриец, он приехал из Адели. Вдруг кого-нибудь из рекрутов возьмут в столицу? Тогда я увижу Площадь четырех дворцов и Адельстан…

– И местную тюрьму, если не прекратишь трещать о своих планах, как сорока, – саркастически заметил кто-то за спиной у Безымянного, причем Вали с нескрываемым ужасом уставился на говорившего поверх головы приемыша.

Безымянному не нужно было оборачиваться, чтобы догадаться, что к воротам подошел сэр Ирем.

– Чтобы я больше не слышал разговоров о побегах. А теперь пошел отсюда, – приказал гвардеец, и Вали будто ветром сдуло. Ирем проводил его долгим насмешливым взглядом, и Безымянный подумал, что, кажется, его приемный брат легко отделался, но все равно не удержался и спросил:

– И что с ним теперь будет?

– Ничего, – пренебрежительно пожал плечами рыцарь. – Мне нужно только отвезти их в крепость, а учить всех этих бестолковых новобранцев уму-разуму придется командирам в Четырех дубах.

Вы с ним друзья?

– Нет, это Вали, мой приемный брат… А почему нельзя брать в крепость только тех, кому действительно хотелось бы стать воином? – спросил приемыш, опасаясь в глубине души, что Ирем вслед за Валиором посоветует ему не лезть не в свое дело.

Но рыцаря их беседа, очевидно, развлекала, потому что он ответил:

– Ополчение Энмерри пополняется каждые пять лет, а в городских казармах постоянно проживает три-четыре сотни человек.

Боюсь, что мы не можем спрашивать каждого рекрута, чего он больше хочет – пахать землю или стать солдатом. Все, кто не захочет оставаться в крепости, через шесть лет смогут вернуться к прежней жизни.

– И почему мне еще нет пятнадцати! – вырвалось у приемыша. – Лучше бы я поехал в крепость вместо Вали.

– Значит, ты хотел бы попасть в крепость? – спросил рыцарь, с непонятным интересом глядя на него.

– Очень! – выпалил приемыш. И внезапно загорелся новой мыслью: а что, если попроситься в крепость Четырех дубов вместе с отрядом сэра Ирема? – Скажите, сэр… Вы не могли бы взять меня с собой?

Безымянный умоляюще смотрел на рыцаря.

От волнения он даже позабыл, в какое раздражение обычно приводила жителей деревни его неприятная манера «пялиться на собеседника».

Глаза у приемыша были не просто карие, как у других южан, а неопределенного зеленоватого оттенка, словно прелая листва на дне ручья.