Разбойники Луны

Снап был безоружен, но угрожающе выставил руки. Фигура, которая, возможно, не знала о существовании нашей городской защиты, была застигнута врасплох. Человеческая фигура была ростом не менее семи футов, а значит, по моим предположениям, это был марсианин. Черный плащ покрывал его с головой. Он сделал шаг к нам, замешкался, а затем в замешательстве развернулся.

Пронзительный голос Снапа звал на помощь. Неподалеку раздался вой сигнального свистка уличного охранника. Фигура улепетывала! В руке у меня оказался луч-карандаш, и я нажал на его выключатель.

Крошечный тепловой луч пронзил воздух, но я промахнулся. Фигура споткнулась, но не упала. Я увидел, как из-под плаща высунулась голая серая рука, чтобы удержать равновесие. Или, возможно, мой луч поразил его руку. Серокожая рука марсианина.

Снап закричал:

– Выдайте ему еще порцию!

Но фигура скрылась за пределом зоны света и исчезла.

Мы задержались в коридоре на десять минут или больше, чтобы дать официальные разъяснения. Затем по команде Хэлси нас отпустили.

Марсианина, преследовавшего нас в плаще-невидимке, так и не поймали.

Вырвавшись наконец из толпы, мы вернулись на "Планетару", где уже собирались пассажиры для обратного рейса на Марс.

II

Я стоял на крытом балконе ходовой рубки "Планетары" вместе с капитаном Картером и доктором Фрэнком, корабельным хирургом, и наблюдал за прибывающими пассажирами. Время близилось к нулевому часу; на ярусе трапа царила сумятица. Опустились эскалаторы с последним грузом для перевозки.

Но трап был забит прибывающим багажом пассажиров, межпланетными таможенниками и налоговиками с их рентгеновскими и зед-лучевыми аппаратами и самими пассажирами, выстроившимися в очередь на прохождение таможенного досмотра.

На такой высоте городские огни расстилались под нами сине-желтыми бликами. Индивидуальные местные самолеты, словно птицы, снижались к нашей платформе. С Марса в этот рейс отправились тридцать восемь пассажиров, но проклятое желание каждого друга и родственника проводить отъезжающего привело к тому, что сотня или даже больше лишних людей заполонили наши опоры и добавили всем хлопот.

Картер был слишком поглощен своими обязанностями, чтобы оставаться с нами подольше. Но здесь, в ходовом отсеке, мы с доктором Фрэнком оказались в тот момент, когда нам нечем было заняться, кроме как наблюдать.

Доктор Фрэнк представлял собой худого, смуглого, довольно маленького человека лет пятидесяти, подтянутого, в сине-белой униформе.