Разбойники Луны

В этой близости от Луны не было ничего, что могло бы вызвать беспокойство пассажиров; обычно мы использовали притяжение спутника для придания дополнительной стартовой скорости.

Рано или поздно должно было прийти сообщение от Грантлайна. Он должен был находиться на противоположной от Земли стороне Луны. Пока Снап торопливо выполнял свои обязанности, я обследовал поверхность Луны с помощью нашего оптического прибора.

Но там ничего не было. Коперник и Кеплер лежали в лучах солнечного света. Высоты лунных гор, глубины бесплодных, пустых морей были вытравлены черным и белым, ясным и чистым.

Мрачное, запредельное запустение, вот что такое эта неизменная Луна. В романтике лунный свет может мерцать и искриться, озаряя улыбку влюбленного, но в реальности Луна холодна и мрачна. Не нашлось ничего, что могло бы поведать моим любопытным глазам о том, где может находиться бесстрашный Грантлайн.

– Совсем ничего, Снап.

Приборы Снапа, уже час как настроенные на восприятие самых слабых сигналов, оставались безучастными.

– Если он накопил сколько-нибудь заметное количество руды, – сказал Снап. – Мы должны были бы получить сигнал от ее излучения.

Но наш приемный экран был темным, ничем не тронутым. Зеркальная система давала увеличенные изображения; спектроскоп, перебирая диапазоны длин волн, показывал уровни гор и медленно опускался в глубины морей.

Но ничего не было.

И все же в этих лунных пещерах – миллионах миллионов углублений среди скал этой изрезанной, бесплодной поверхности – вполне могла таиться точка маршрута, по которому могла двигаться экспедиция Грантлайна! Мог ли он заизолировать руду, опасаясь, что ее лучи выдадут его присутствие враждебным наблюдателям?

А может быть, его постигла беда? Возможно, его вообще нет на этом полушарии Луны…

Мое воображение, обостренное фантазией о затаившейся угрозе, которая, казалось, была повсюду на "Планетаре" в этом путешествии, бушевало тревогами за Джонни Грантлайна.

Он обещал выйти на связь в ходе этого рейса. Оставалось только ждать, и возможно, не дождаться.

Пробило шесть тридцать. Мы были уже далеко за пределами земной тени. Небо пылало яркими красками; Солнце позади нас представляло собой шар желто-красного скачущего пламени. Земля висела огромным, тускло-красным сводом.

Мы находились в сорока тысячах миль от Луны. Гигантский белый шар – весь его диск виден невооруженным глазом. Он завис над носом корабля, а затем, когда "Планетара" взяла курс на Марс, переместился на борт.