Любовь с препятствиями

Следующие слова Казима вернули Эмбер в реальность:

– Итак, ты предала семью, чтобы приехать в Париж и работать в клубе.

Казим скрестил руки на груди, в его темных глазах сверкало обвинение. Эмбер решила, что он собирается снова издеваться над ней, заставляя признаться в том, что она стриптизерша, а не официантка.

Он правда думает, что она все бросила по собственному желанию? Эмбер подавила боль, как сделала это в день их свадьбы, и позволила ей переродиться в ярость. Если Казиму нравится обвинять ее, это поможет ей стать свободной.

Он – мужчина, в которого она влюбилась с первого взгляда, мужчина, о браке с которым она мечтала. Но этот мужчина никогда не полюбит ее.

– Где я работаю и что делаю – не важно, – парировала Эмбер, жалея, что позволила ему войти в квартиру. Но они должны закончить начатый разговор. – Что важно, так это два человека, которые значат для меня больше, чем кто-либо. Я им нужна и желанна.

Был еще один человек, который позволял ей чувствовать себя нужной и желанной, – ее бабушка.

Эмбер очень скучала по ней, когда та умерла. С тех пор как Анни и Клод вошли в ее жизнь, девушка впервые за долгие годы обрела счастье.

– Ты нужна Баразбину. – Его ответ, как стрела, пересек комнату и буквально вонзился в ее сердце.

– Нужна, может быть. – Голос Эмбер был мягким и поддразнивающим, она наклонила голову набок, пытаясь притвориться невозмутимой. – Но не желанна, Казим. Ты не желаешь меня.

– Мой отец болен. – Его лицо побледнело, в глазах читалась мука, и на миг Эмбер ощутила боль Казима.

Она хотела потянуться к нему, но не могла. Показать слабость – значит допустить фатальную ошибку. – Я обязан позаботиться о будущем Баразбина.

– Без меня. Мы не видели друг друга со дня свадьбы. Ты даже заявил, что моя репутация будет поставлена под вопрос. Твой долг – это исключительно твой долг.

Эмбер цеплялась за слабую надежду, что Казим осознает, насколько далека она от того мира, который вынуждена была оставить. Она не может стать принцессой, особенно сейчас.

Но его решимость не ослабевала.

– Ты моя жена. – Казим сделал шаг к ней. Он говорил медленно и четко. Воздух вокруг них сгустился. Эмбер стало трудно дышать. – И ты поедешь со мной.

Эмбер вздохнула. Когда он наконец поймет? Поймет, что нельзя вычеркнуть ее из своей жизни, а потом вернуть, когда это внезапно стало необходимо.

– Этот маленький мальчик нуждается во мне. – Она указала на дверь детской.

– Ты не его мать.