Финал курортной сказки

 – Просто Имоджин.

Только имя, без фамилии? Марко это более чем устраивало.

– Вы очень красивы, Просто-Имоджин. Меня зовут Марко.

Ресницы Имоджин опустились.

– Привет, Марко, – сказала она с чувственной хрипотцой, от которой его пульс участился.

– Как вам остров? – спросил он обеих подруг, пытаясь разрядить сгустившееся сексуальное напряжение.

– Он просто фантастический! – воскликнула Имоджин. – Мы прилетели только вчера вечером, но я уже совершенно в него влюбилась.

– Да, божественный, – присоединилась Джулия к восторгам подруги.

Марко был очень рад такому отзыву. Ему самому нравился и этот отель, и этот остров, и ему было очень приятно услышать такую оценку от гостей, которые платили за эту красоту нешуточные деньги.

– Откуда вы прилетели?

– Из Лондона, – ответила Джулия как-то уж слишком поспешно. – Папа сказал, чтобы мы поехали куда-нибудь погреться. И вот мы здесь.

– Вы сестры? – Марко недоуменно переводил взгляд с блондинки Имоджин на темноволосую Джулию.

– Кузины, – сказала Имоджин, а Джулия рассмеялась, будто это была какая-то их тайная шутка.

Вряд ли они на самом деле были родственницами.

Имоджин повернулась к Джулии и бросила на нее взгляд, который Марко не успел распознать: это было то ли предупреждение, то ли упрек. Когда она снова посмотрела на него, на ее полных губах была улыбка, а в глазах – озорная искорка. Это еще больше заинтриговало и возбудило Марко.

– Увы, мы здесь всего на неделю.

– Тогда нам надо провести эту неделю как можно веселее, – сказал Марко.

Имоджин снова опустила ресницы, будто обдумывая его предложение, и ему показалось, что ее нежная кожа слегка покраснела.

– Вот и я ей то же самое говорю, – со смехом ответила Джулия, выходя из-за стола. – Поэтому прошу извинить меня, я собираюсь пойти прогуляться.

Имоджин быстро подняла голову и посмотрела на кузину:

– Ты серьезно?

– Конечно, серьезно! – опять рассмеялась Джулия, пробираясь между столиками. – Я уверена, что Марко составит тебе компанию.

Он понял ее замысел: Джулия заметила искру, проскочившую между ним и Имоджин, и не хотела им мешать.

– Извините ее, – смущенно сказала Имоджин. Марко пленяла ее застенчивость. Ему всегда нравился процесс обольщения, но женщины обычно лишали его этого удовольствия, сразу падая ему в постель, – сказывалась магия имени и богатства. Иногда ему казалось, что они даже толком не удосуживаются его рассмотреть – слишком заняты мечтами о том, что могут получить от него.