Мрачный залив

Я не уверена, что какой-то из них сработает, но следует проверить.

– Со скольких из этих мест видно пруд?

– Ни с одного. Но с некоторых точек можно видеть, что происходит на дороге. Это лучшее, что у нас есть.

Вождение по такой дороге требует сосредоточенности; пятна тени и света сбивают с толку еще сильнее, чем обычно, дорога поворачивает, изгибается и то сужается, то расширяется, а откосы по обеим сторонам от нее довольно крутые и высокие. На ней едва-едва могут разъехаться две машины – и то если будут ехать осторожно.

Нам требуется почти час, чтобы посетить первые две точки из нашего списка. Третья кажется чуть более приветливой. Это новое здание, стоящее в стороне от дороги, почти необычно большое: в окнах двойные стеклопакеты, на крыше солнечные панели, с одной стороны от дома разбит аккуратный сад. Пригородный особняк, вынесенный в холмы, – безупречный и совершенно неуместный здесь.

– Господи, они хоть понимают, где живут? Здесь считается роскошью даже трейлер с раздвижными стенами.

– Этот дом явно бросает вызов всем, – отзывается Кец. – Так что, полагаю, да, они понимают. И им плевать, что думают об этом остальные. Но нам везет. Камеры.

Она кивает в сторону камер безопасности. И она права: эти две камеры нацелены на подъездную дорожку, а значит, и на дорогу.

– И домофон тоже с камерой, – отмечаю я, прежде чем мы выходим из машины. – Будем надеяться, они не встретят нас стволами.

– В этих местах я не стала бы ставить на это. Иди первой, – говорит Кец с ехидной ухмылкой.

И я иду.

При нажатии на кнопку внутри дома раздается негромкий звонок, и настороженный женский голос спрашивает через динамик:

– Да?

Даже в том одном-единственном слове чувствуется напряженность. Я удостоверяюсь, что в камеру домофона меня хорошо видно.

– Здравствуйте, меня зовут Гвен Проктор. Я расследую преступление, совершенное дальше по этой дороге, – сообщаю я ей, и это, по сути, одновременно и правда, и ложь. – Мне нужно только задать вам пару вопросов и, если возможно, взглянуть на записи ваших камер наблюдения. Это возможно, мэм?

Следует долгое молчание, потом женщина произносит:

– Давайте, задавайте ваши вопросы.

Она не собирается выходить к нам. Что ж, вполне оправданно.