Эхо Мертвого озера

1

Гвен

Реабилитация – та еще сучья работенка, как раз для такой матерой суки, как я.

Мои травмированные нога и бедро восстанавливались несколько месяцев, и сегодня я наконец-то получаю улыбку во весь рот от своего физиотерапевта. Когда заканчиваю последний жим ногой, врач тянется одобрительно похлопать меня по плечу.

– Прекрасно, – говорит она. – Как себя чувствуешь?

– Замечательно, – вру я, хотя меня тошнит. – Прекрасно.

– Ну что ж, ты добилась колоссального прогресса. Пожалуй, теперь можно перейти к домашним упражнениям – моя помощь больше не требуется.

Поздравляю, Гвен. Ты очень старалась – и вот результат.

Когда тошнота проходит, мне удается улыбнуться в ответ.

– Спасибо, – отвечаю я. – Без тебя бы я не справилась.

– Неправда. Я хорошо тебя знаю.

Она помогает мне подняться. Меня пронизывает острая боль, которая, правда, быстро проходит. Мои мышцы сильны, кости срослись. Просто чудо, что операция прошла успешно, учитывая, как здорово я тогда облажалась… хотя у меня не было особого выбора.

Или спрыгнуть с высоты в несколько этажей на бетонный пол, или остаться на металлической лестнице и получить удар током[2 - См. роман Р.?Кейн «Мрачный залив».]. Бывает, приходится принимать решение за долю секунды. Может, оно верное, а может, и нет. Но вы делаете выбор и сталкиваетесь с последствиями.

В моем случае последствия – раздробленная нижняя часть левой ноги, несколько сломанных ребер и треснувший таз. И все-таки это лучше, чем поджариться до смерти. В общем, повезло.

Хотя это не значит, что я полностью восстановилась. Может, кости и срослись, но есть и другие травмы – не физические, и они слишком глубокие.

Будь психотерапия так же проста, как физиотерапия… Тогда бы я чувствовала себя почти как раньше – пока психопат не попытался разрушить мою жизнь. Снова.

Вытираю пот с лица и шеи и возвращаю полотенце. Вот и все. Выхожу через двойные двери в солнечное ноксвиллское[3 - Ноксвилл – город в штате Теннесси.] утро, от которого веет осенним холодком.

Через два дома – кофейня. Я присаживаюсь напротив Сэма Кейда. Он опускает газету – ух ты, газету! – и вопросительно поднимает брови. Сэм хорошо выглядит с утра. Волосы немного отросли, стали жестковаты и нуждаются в стрижке. На лице щетина. Умное лицо с самыми теплыми глазами, которые я когда-нибудь видела. В волосах кое-где поблескивает седина – интересно, замечает ли он. И волнует ли это его вообще.

– Ну как? – спрашивает Сэм после нескольких секунд молчания.