Миры никшчэра

Иоиль, от природы светлолицый, побледнел настолько, что, казалось, кожа просвечивает насквозь, на виске у него судорожно билась жилка.

Ручка в руке Баруса хрустнула и сломалась, но он, наконец, справился с собой и обратился к Чарну.

– Значит, курируете проект вы?

– Подожди, Барус, – попытался остановить его Иоиль.

Но тот только отмахнулся и, внимательно вглядываясь в Чарну, продолжил. – У меня несколько вопросов, на которые мой непосредственный начальник, к сожалению, не смог вразумительно ответить, – пристально рассматривая вновь вошедшего, продолжал он.

– Сроки, к сожалению. Сроки! Мне установлены конкретные сроки, и работа должна быть развёрнута немедленно. Прямо скажу, нам рекомендовали вас как крупного специалиста, работающего в этом направлении, и мы заинтересованы в том, чтобы вы приняли участие в нашем проекте.

– Сроки? Но разве их устанавливаете не вы? – пытался поймать взгляд своего собеседника Барус.

– Наш заказчик, – Чарну поднял глаза кверху, – очень значительный человек там, и он хотел бы…

Барус следом за ним тоже посмотрел на потолок.

– Неужели, – произнёс он и замолчал. – Неужели, неужели… – он взглянул на свои ладони и только тут заметил раздавленную ручку.

– Вас что-то смущает?

– Смущает? – Барус старательно стирал с ладони вытекшие чернила. – Ох, йормундганд! – Извините меня, я быстро, – и он выскочил из кабинета в коридор.

Иоиль было дёрнулся за ним, но Чарну остановил его.

– У вас возникли какие-то трудности с подбором кадров? Учтите, мы очень заинтересованы в Барусе Мегли.

– Нет, нет, – тот затряс головой, – текущие моменты. Он согласится. Я его знаю. Он всегда такой: сначала раскричится, а потом…

– Я надеюсь на ваше благоразумие, – покивал головой Сеар, внимательно глядя на учёного. Вы знаете, народное хозяйство велико. А нам нужны только лучшие из лучших.

– Да, да, конечно, – совершенно смутился Иоиль.

Вернувшийся в кабинет Барус прервал их разговор.

– Итак, мы остановились на ваших желаниях, – остро взглянул на него Чарну.

– Неужели, – сказал Барус, – на желаниях, – он передёрнул плечами, как от озноба. – А какие у меня могут быть желания? Желание у меня одно – найти решение проблемы. Ваше предложение, конечно, очень интересно, с научной точки зрения, я имею в виду.