Лекарство от меланхолии

 – У меня всего один совет.

Он взглянул на Камиллию. Она взглянула на него.

– Не сегодня ли канун дня Святого Боско, сэр? Сударыня?

– Кто знает? Но точно не я, сэр! – ответил мистер Уилкс.

– Полагаю, именно сегодня канун дня Святого Боско, сэр. А также ночь полнолуния. Так вот, – скромно сказал Дворник, не в силах отвести глаз от милейшей измученной девы, – вам следует оставить дочь под открытым небом в свете восстающей луны.

– Под открытым небом, под луной! – воскликнула миссис Уилкс.

– Разве от этого не теряют рассудок? – спросил Джеми.

– Прошу прощения, – отвесил поклон Дворник, – но полная луна успокаивает всех страждущих, будь то человек или дикий зверь. Свет полной луны – это оттенки безмятежности, тихое прикосновение, ласковая лепка души и тела.

– А вдруг пойдет дождь, – заволновалась мать.

– Клянусь вам, – поспешил пообещать Дворник. – Моя сестра страдала такой же обморочной бледностью. Однажды весенней ночью мы вынесли ее, как лилию в горшке, под лунный свет. Теперь она проживает в Суссексе – воплощение восстановленного здоровья!

– Восстановленное здоровье! Лунный свет! И нам не придется платить за это ни единого пенни из собранных сегодня четырехсот, матушка, Джеми, Камиллия!

– Нет! – сказала миссис Уилкс.

– Ну мама, – попросила Камиллия.

Она выразительно посмотрела на Дворника.

Чумазый Дворник перехватил ее взгляд, его улыбка сверкнула во тьме кривым клинком.

– Мама, – сказала Камиллия. – Чует мое сердце, луна меня исцелит, исцелит, исцелит…

Мать вздохнула.

– Ни день, ни ночь у меня не задались. Дайка я поцелую тебя в последний раз. Вот так.

И она поднялась к себе.

Дворник шагнул назад, вежливо кланяясь всем присутствующим.

– Всю ночь, запомните, под луной, и ни малейшего беспокойства до рассвета. Спите сладко, юная леди. Пусть вам снятся лучшие сны. Спокойной ночи.

Сажа на лице смешалась с сажей ночи, и он исчез.

Мистер Уилкс и Джеми поцеловали Камиллию в лоб.

– Отец, Джеми, – сказала она. – Не волнуйтесь.

И она осталась в одиночестве глядеть вдаль, где ей померещилась улыбка, подвешенная в темноте, которая то сверкала, то гасла, а затем юркнула за угол и пропала.

Камиллия ждала восхода луны.

* * *

Ночь в Лондоне. Голоса в кабаках становятся сонными. Хлопают двери. Нетрезвые прощания. Бой часов. Камиллия увидела, как кошка вышагивает, словно женщина в мехах. А женщина прохаживается, словно кошка. Обе мудры. Обе египтянки. Обе источают пряные ароматы.