Петрушка

Сперва он подумал, что ему кажется.

Биолог подошёл к стеллажу, который стоял как раз у дверного проёма в проходную комнату. Но стук продолжался, и отсюда его действительно слышно было лучше.

– Сколько так уже? – сказал преподаватель куда-то в воздух, хоть и обращался изначально к ученику.

Ответа не последовало. Тогда Юра бросился к тому месту, где засыпал пятиклассник, и принялся будить его, взяв за плечи.

– Петрушка, подъем, – тихо, но тревожно говорил он.

– Да, Юрий Григорьевич?

– Тихо, у нас похоже гости.

 – Биолог тревожно посмотрел Пете в глаза, страхом заблестевшие в едва уловимом свету. – Будь готов буквально ко всему.

Они вслушались; в люк всё ещё интенсивно и ритмично били. Внезапно удары прекратились, и через пять секунд раздался сильный взрыв. На рефлексах Юра отскочил вместе со школьником в противоположный угол комнаты, как раз туда, где стояла вытяжка, и благодаря этому они спаслись от небольшого обвала, частично покосившего ещё недавно разделявшую их и Есению Павловну стенку.

Бетон посыпался, обнажая железный каркас и поднимая в воздух облака пыли и побелки, что теперь светились странным белым светом, который сходил из пробитых в потолке дыр. Пятиклассник закашлялся, и биолог сразу же дал ему шарф, чтобы тот не надышался стертого в порошок древнего цемента.

– Там тётя Сеня! – воскликнул школьник, и хотел было сорваться к ней, но учитель его вовремя остановил.

– Тихо. Подожди, – Юра постарался избавиться от мыслей, возникающих одна за другой по нарастающей, которые даровала протекающая сквозь щели терпения паника.

Сейчас он действовал, полностью отдавшись инстинктам самосохранения, ибо ничто другое спасти их не могло: после взрыва что-либо разумное приходило в голову крайне туго, а на логическое мышление требовалось, казалось, сил больше, чем на поднятие упавших сверху железобетонных плит. Только одно стояло целью, подобно естественному инстинкту: спасти жизнь свою, и жизнь мальчика. И ничего больше.

– Юрий Григорьевич, – шепнул Петя и потянул учителя за рукав, как маленький ребенок.

 – Взгляните! Это свет! Это ведь наши?

– Наши бы не молчали…

Прогремел ещё один взрыв. Он был рядом, настолько близко, что теперь и у Юры, и у Пети звенело в ушах, но раздался он точно не в этом помещении: звуковая изоляция исчезла, а значит, подняли в небо что-то другое. Что-то, что было снаружи.

Только придя в себя, Юра сумел разглядеть непривычный, яркий металлический блеск какого-то прибора.