Энни Грин: Лабиринт Трага

А еще с ними жил дворецкий по имени Филипп, который совсем недавно у них поселился. Дворецкий выполнял роль защитника Энни по поручению самого ректора АИС, да и он сам был не против от такой роли.

– Мисс Грин! – звал ее Филипп за деревянной преградой.

– Энни, – стучал братец в дверь. – Открой!

– Что случилось? – послышался голос Рудольфа Грина. – Это Энни кричала?

Грин накинула на себя халат, включила свет в комнате и открыла дверь в спальню. Перед ней стояли брат, дядюшка и живая статуя. У Якова были взъерошены волосы, а Рудольф выглядел очень сонным, а у Филиппа горели глаза зеленым пламенем.

– И давно ты запираешься? – хмуро спросил Яков. – Что случилось? Тебе приснился кошмар?

– Дорогая, что тебя напугало?

– Мисс Грин, с Вами все в порядке?

В комнату быстрым ходом забежал зверек. Это был Плуки – любимый питомец Энни. Пурлуки уже умел контролировать свои способности и теперь не всегда преображался в зловещих тварей. За что ему были благодарны домочадцы.

– Со мной все хорошо! – сказал Энни, нахмурившись.

– Опять кошмары снятся? – сонно спросил дядя.

– Или не просто кошмары? – подозрительно спросил братец.

А Филипп вовсе молчал, он уже был доволен тем, что с мисс Грин ничего страшного не случилось. Плуки вскочил на кровать хозяйки и начал по ней прыгать. А дядя и братец продолжали смотреть на Энни, ожидая от нее ответа.

– Это был просто сон, – вяло ответила Грин, продолжая перебирать в руке медальон. – Я хочу спать!

Грин лукавила, она всем нутром чуяла, что это был не просто сон, что это Древо Подсознания шлет ей видение. Энни четко помнила, как бедняжка с замороженной рукой произнесла имя: Гласиум. Она уже слышала это имя раньше, сначала от родителей, а потом и от ракшаса по имени Юпитер. Принц Гласиум и королева Фрея. Кто же они такие?

– Я хочу спать! – повторила Энни.

Яков зевнул, от чего все остальные зевнули, кроме Филиппа и Плуки. Братец хотел что-то сказать, но потом передумал и побрел в свою спальню. Дядя Рудольф пожелал спокойной ночи племяннице и стал спускаться по лестнице. Филипп продолжал стоять в дверном проеме.

– Вы хотите, чтобы я подежурил у двери? – вежливо спросил дворецкий.