Послушница тайной школы

Тот обреченно вздохнул и посмотрел на нас как на неразумных детей.

– Ничего о вас не слышал, госпожа баронесса, а без приказа я вас пропустить не могу. Тем более Ее Сиятельства нет в замке.

– Что! Вы меня не пускаете?

Вижу, моя госпожа-подруга остолбенела от неожиданности и сейчас взорвется от гнева и растерянности. Ее рука привычным движением опустилась к бедру в поисках рукояти меча, и зная ее бескомпромиссный характер, предчувствую, что усачу сейчас достанется. А ругаться с властью, как подсказывает мой опыт, дело глупое и неблагодарное, поэтому, пользуясь ее минутным столбняком, выхожу вперед и, стреляя глазками в этого усатого «таракана», сладенько так интересуюсь.

– Так что же нам делать? Моей госпоже очень, очень надо попасть на прием.

Кинув еще один взгляд в вырез моей рубахи, стражник расплылся в довольной улыбке и кивнул в сторону небольшой группы людей у стены.

– Грандесса должна скоро вернуться. Эти люди ее ждут, в надежде, что она остановится выслушать их. Вы можете присоединиться к ним и тоже попытать счастья.

– Что! – Очнулась за моей спиной Луиза. – Я, как простолюдинка, должна стоять у стены.

Разворачиваюсь и, обхватив рвущуюся в бой хозяйку, тащу ее сторону.

– Луиза! Ваша милость! Ну чего вы разнервничались так.

Шепчу ей на ухо, стараясь успокоить как могу.

– Сейчас постоим, подумаем, не стоит горячку пороть. Еще, чего доброго, платье испачкаете или того хуже – порвете.

Неожиданно последний аргумент произвел действие, Луиза перестала вырываться и хвататься за рукоять меча.

Начинаю переживать за нее, – да она совсем не готова к реальной жизни за пределами своего замка. Вот, что она думала, ее тут ждут с распростертыми объятиями или, что стоит ей сказать, что она баронесса Бренер, и все двери тут же откроются перед ней. Да таких нищих баронесс после войны можно ведрами черпать.

Работа мысли у моей хозяйки закончилась ничем и выплеснулась в такой вот незатейливый вопрос.

– Что же делать?

– Подождем. – Упираюсь спиной в стену и, вскинув глаза к небу, демонстрирую полную безмятежность.

– Подождем.

Луиза повторила слово, но не успокоилась, а нервно заходила туда-сюда.

Посматриваю в разные стороны и вижу, что рядом с нами подпирают стену еще десятка два таких же бедолаг, но в отличие от нас глаза у этих людей погасшие и от них просто веет безнадегой.