Серия драконид. Сердце дракона. Горы Кайлос

Я даже засмотрелась, впав в эйфорию. Правда столь прекрасное состояние быстро улетучилось, когда я заметила за спиной ошалело оглядывающегося Моско на темные силуэты, которые медленно подходили к нам на расстояние вытянутой руки. Не ближе, словно невидимая преграда им не разрешала, сдерживая.

Они группировались и потом уходили. Кто-то оставался дольше других, кто-то быстро проходил. Эти странные молчаливые фигуры наводили жуть.

Постепенно мне стало неуютно под их пристальным вниманием. Отчего-то я была уверенна, что они рассматривают нас, обсуждают и весьма вероятно делают какие-то выводы для себя.

Что на самом деле происходило в их головах?!

Очень напрягало, что я не могла различить, рассмотреть их черт лица, только темные зловещие фигуры.

Тихонько я юркнула под крыло Моско, спрятавшись в крепких уютных объятиях любимого. Так я всегда делаю при малейшем чувстве опасности, находя защиту и покой у своего дракона.

– Это, что за фигнатень? – Осмелев, я выразила свои мысли.

– Не ругайся, тебе не идет! – По привычке буркнул Моско, пытаясь разобраться в произошедшем.– Однозначно, ты попала куда хотела.

Он изогнул шею, чтобы посмотреть в мои глаза, в которых застыло растерянное выражение.

– А куда я хотела попасть?

– Откуда же мне знать?! Но точно, куда захотела. – По кругу ответил Моско, словно его заело. – Я же говорил, концентрируйся лучше и конкретнее оформляй свои желания, чтобы не получилось как сейчас.

– Ага, красивенько и жутко! – Ответила я, полностью скрываясь под его крылом, даже свой нос не оставила снаружи для любопытства.

Он сильный, крепкий дракон, мой наставник и хранитель. Вот пусть и разруливает результат моих хаотичных действий.

«Кто виноват?» Конечно он! Не я же?! Роднюлечка, красотулечка!» Включилась моя женская логика в опасных ситуациях.

Нет, не подумайте, что я всегда такая.

Через некоторое время мне наскучило сидеть в уюте и тепле под крылом дракона. Ничего не происходило страшного, и я медленно вылезла. Перед глазами опять поплыли мелкие белые цветы в голубой синеве, а мрачные фигуры и не думали исчезать.

– Ничего не понимаю.