Путь Z. Книга вторая: круиз во льдах

Сенька весь извелся, теперь, когда в голове постепенно формировался план спасения, он хотел действовать. Корабль дрейфовал медленно, но верно, и парень понимал, что суша может появиться в любой момент. А ему еще надо было убрать двоих мертвецов и придумать, как покинуть лайнер в случае непредвиденной швартовки.

На третий день мертвец таки подошел к двери, но не повернулся спиной, а, как назло, глазел через стекло прямо на кухню, где Сенька с Барсуком доедали банку сардин. Чтобы не привлекать внимания, Сенька подхватил кота под мохнатое брюхо, взял консерву и закрылся в подсобке, оставив небольшую щель для наблюдения.

Еще через некоторое время мертвец, наконец-таки, повернулся спиной к двери и уставился в сторону горизонта. Сенька решил действовать.

Решить-то он решил, а вот действовать было страшно. Людей он до этого не убивал (в смысле зомби не убивал). Да и живых людей тоже, даже не дрался особо в интернате. По плану все выходило просто – дверь открыл, топориком махнул, дверь закрыл.

Сенька беззвучно отворил дверь да так и замер с топориком в руке. Мертвец стоял спиной к нему, а на затылке сквозь слипшиеся редкие волосенки просвечивала лысина. «Как у деда Васьки», – мелькнула мысль у парня. Он сжал тонкими пальцами рукоятку разделочного топорика, поднял руку, примерился и… не ударил. Так и застыл с поднятой рукой. Мертвец стоял спиной и не двигался, наверное, вглядывался в своих собратьев на нижней палубе.

Сенька опустил руку, притворил дверь и тихо провернул замок.

– Зассал? – презрительно прошептал он, обращаясь к себе.

«Не можешь грохнуть одного? А как же остальные? Теперь весь мир такой, убивать придется часто!»

Сенька простоял так несколько секунд и решался, подбадривая себя словами «лопух» и «девка».

Решился, уговорив себя с третьего раза и пообещав себе любимому сегодня вскрыть последнюю банку ананасов.

Теперь план действий он составил по-другому – действовать нужно резко, не рассматривать спину мертвеца, а открыть дверь и сразу же ударить.

Поплевал на руки, вдохнул поглубже, вцепился в рукоятку своего орудия убийства. «Давай, Раскольников, давай» – окончательно подбодрил себя парень и толкнул от себя дверь.

Дверь отворилась быстро, и Сенька поздно понял, что мертвец стоит уже не спиной, а лицом к нему. Пробовать закрыться было бессмысленно.