Бестолочи

Я стою на пустынном острове и смотрю, как волны огромной величины накатывают на скалистый берег, разбиваются в розовую пену и красные брызги. И правда, кровь.

Проснулся от глухого удара. Свалился с кровати и ударился затылком об деревянный пол. Ноги запутались в одеяле, видимо, поэтому упал. Том недовольно уставился на меня заспанными глазами.

– Ты живой?

– Да, всё прекрасно, разве не видно? – огрызнулся я. Борюсь с желанием сказать что-то ещё.

– Чудесно. Кстати, ты говорил во сне.

– Правда? И что я сказал?

– Что ты тонешь.

– Заткнись, Том, – коротко и ясно.

– Ха! Я же говорил!

Пока я сражался с одеялом, Томас взглянул на электронные часы и поморщился. Семь минут до будильника.

– Ненавижу пробуждение раньше будильника. Ты не мог упасть на 7 минут позже? – старший Гетте снова рухнул лицом в подушку.

– Закрой рот или я тебя придушу этим одеялом!

– Джонни, когда ты так командуешь, я весь дрожу, – пробормотал брат.

Я швырнул в него подушку, Томас засмеялся. Правда, сейчас это больше похоже на кряхтение мопса, подушка сильно заглушала звуки. Хотя, Том всегда смеётся как мопс. Если подумать, это утро не такое плохое. Первым делом, мы выглянули в окно.

– Как думаешь, наш ночной гость больше не приходил? – спросил я, глядя на розовый фургончик с неизвестным логотипом, что медленно тащился по дороге, – такая рань, а люди уже работают. Не хочу работать, когда вырасту.

– Надеюсь, что никто больше не приходил, – Том тоже смотрит на него.

– Ненавижу розовый.

– Да, мне тоже не нравится, – согласился со мной старший Гетте.

– Пока будешь на кухне, налей мне в стакан газировку, – необычная просьба от моего брата таким ранним утром. Он прекрасно знает, что я первым делом пойду к холодильнику.

– Газировку в семь утра? На тебя не похоже, – я недоверчиво покосился на Томаса.

– Хорошо, кинь туда хлопьев.

– Ладно.

Кидать хлопья в стакан с газированной водой я не рискнул, но всё же сделал любимый сэндвич Тома.

После завтрака наш день полностью повторил предыдущий: строгая форма, автобус, старое здание школы, книги. Всё прошло по хорошо известному сценарию.

Только один инцидент испортил настроение. Мы поругались с учителем, он ведёт предмет "Общение и социализация". В наказание старик заставил нас убирать кабинет. Сейчас уже не смогу вспомнить причину ссоры, кажется, я ему нагрубил. Классический случай.