Развод, сосед и другие приключения

Их первая, сумасшедшая, безудержная ночь, которых потом было так много! Она лишь удивлялась его неутомимости, ненасытности, необузданному желанию быть с ней снова и снова.

Ей казалось, что так не бывает, что у нее больше нет сил, что она не в состоянии пошевелить даже рукой, а он, должно быть, и вовсе не может двигаться. Ира никогда еще не испытывала такого накала страсти. Вообще, ей даже в голову не приходило, что могут быть ТАКИЕ ощущения и эмоции.

В перерывах они пили коньяк, курили ее сигареты (его куда-то делись и он никак не мог их найти), болтали обо всякой ерунде, как два старых добрых знакомых, будто это не они только что, пару минут назад умирали от безудержного наслаждения в объятиях друг друга.

Совсем незаметно наступило утро. Взошло солнце, и вовсю щебетали птицы, и на улице давно гудел обычный шум летнего выходного дня. Виктор, до этого рассказывавший ей, как прошлым летом они с друзьями ходили в поход в горы, вдруг замолчал на полуслове. Он сначала отстранился, а потом даже слегка оттолкнул ее, и молча уставился внимательным, тревожным взглядом.

– Ты чего? – не поняла Ира. – Что случилось?

Виктор сел, спустив ноги с кровати и повернувшись к ней спиной.

– Вить, ты чего? Что-то не так? – теперь в ее голосе звучало искреннее волнение.

Ей вспомнилось, как вечером он пулей вылетел из Светкиной ванной. Она была обескуражена и снова ощущала недоумение и неуверенность.

– Скажи, – глухо произнес он, голос немного вибрировал и сел, выдавая, как сильно он волнуется, – это часто с тобой бывает?

– Что? – не поняла Ирина.

– Ну… Вот так… Что ты встречаешь мужчину, который тебе нравится… Проводишь с ним ночь…

Вот теперь ей стало ясно! Ей одновременно стало обидно, от того, что посчитал ее такой легкодоступной, и приятно, от того, что он действительно очень сильно волновался.

– Нет, – спокойно ответила она, невольно натягивая одеяло, хотя до этого собственная нагота ничуть не смущала ее, – со мной такого вообще не бывает.

– Да? – он повернулся к ней, лицо осветилось улыбкой.

– Да, – подтвердила она, дивясь такой резкой перемене в его настроении, – ты первый, от которого у меня так сорвало крышу!

На лице у Виктора отобразились одновременно гордость, радость и тревога.

– А много у тебя было… до меня?

Ира задумчиво разглядывала его.