Карма для очаровательных эгоистов

 – Я тебе просто рассказать хотела… Ты только не ругайся, что я сплетничаю! Просто…

– Что? – поинтересовалась я, жестом подбадривая ее. Я и в самом деле отучала ее трезвонить обо всем подряд направо и налево. И раз уж она захотела поведать мне какую-то новость, значит, и в самом деле что-то из ряда вон выходящее.

– Знаешь мам, у нас сегодня в школе один мальчик с собой покончил! – Юлькины глаза возбужденно заблестели. Ей и интересно было, и страшно.

– Чего? – поразилась я. Отложила ножик и уставилась на дочку.

 – То есть как это – с собой покончил?!

– С окна спрыгнул.

– Правильно говорить – выпрыгнул из окна, – машинально поправила я, оглушенная нетривиальной новостью.

– Выпрыгнул из окна, – покорно повторила Юля, теребя косу. – Он из старших классов. Представляешь, прямо на последнем уроке! С третьего этажа ка-ак выпрыгнул!

– И что… насмерть? – я понадеялась, что дочка преувеличила, и ребенок остался жив.

– Да, мам! Говорят, у него шея свернулась. Говорят, он головой вперед прыгнул!

– О, господи… Какой кошмар! – я даже растерялась и не знала что ей сказать на это.

 – Надеюсь, ты не сама это видела?

– Нет, – Юля явно была разочарована тем, что ей не довелось взглянуть на место происшествия. – Нас всех в классе заперли! И велели не выходить, пока его не увезли! И асфальт еще помыли! Я тебе не хотела говорить, ты же мне запрещаешь все подряд обсуждать, – моя маленькая лисичка притворно вздохнула, а я ответила:

– Солнышко, я тебе не запрещаю. Я просто прошу тебя не молоть языком без надобности.

Совершенно не нужно обсуждать все подряд со всеми подряд. Но такие новости я, конечно же, должна знать, молодец, что рассказала! – Господи, что же могло заставить подростка пойти на такой шаг?! Мои следующие слова были адресованы больше самой себе. – Что ж это он так? С ума сошел что ли, в таком возрасте?.. Жил бы и жил еще…

– Не сошел он! – горячо вступилась Юлька, решив, что я обращаюсь к ней. – Говорят, это он из-за несчастной любви! Что его любимая бросила, вот он и решил с окна спрыгнуть!

– Надо же, как у вас там много говорят! – вздохнула я.

– Ага! – радостно подтвердила она. – Много!

– А что за девочка, кто-нибудь знает?

– Никто не знает, мам. Говорят, он ее королевой называл.

– Как?

– Королевой. Что он, когда по телефону с ней говорил, так ее называл всегда – моя королева.

Барон и красавица.

Поезд чуть покачивало, колеса стучали равномерно, успокаивающе.