Третье правило жизни

А это говорит лишь об одном, – Никита метнул кинжал в левое предплечье наемника. В то же мгновение его пальто воспламенилось.

– Это говорит о том, что ты используешь какой-то промышленный вид топлива, что загорается при контакте с кислородом. Змеи видят тепловые излучения, а от твоего агрегата, поэтому не приближаются к нему. А из-за его карманного вида, я сделал вывод, что он весьма нестабилен и, так сказать, держится на соплях, – закончил убийца, после чего подбежал к Султану и вырубил его одним ударом в челюсть.

Как только он развязал Миру, она бросилась обнимать Никиту.

– Боже! Ты меня испугал! Как, почему ты жив? И что с твоими волосами? Неужели Змей их сжег?

– Антон принял на себя смертельный удар. Моё альтер эго мертво. Это значит, что мне придется теперь вести полноценную жизнь. А волосы – тут нет его вины, их как бы и не было. Те кудри – это парик. Да, отсутствие моего парика и есть моя маска.

Мира засмеялась. Парочка бы и дальше обнималась, если не внезапный голос:

– Змея способна менять кожу.

Вот и моя первая оболочка снята, – сзади стоял наемник. Рядом с ним догорало его пальто, а сам он стоял в чем-то наподобие золотисто-коричневого гидрокостюма, текстурой напоминающий змеиную чешую. Его волосы, от части, сгорели, а линзы приварились к зрачкам, окровавив радужку. Левая ладонь полностью обгорела, но все остальное тело было невредимо.

– Это мой огнеустойчивый костюм Свирепой змеи. Теперь я – Тайпан! – прокричал разгневанный враг.

Никита вздохнул и ответил:

– Сначала Ладья, потом Змей, теперь Тайпан… Нахрена эти ущербные клички? Ну, если у вас такая мода, то тогда я – Полуночное Животное, твою мать! – он побежал прямо на противника.

Схватив его за голову, беснующийся зверь повалил Тайпана на пол, а затем стал бить его затылком об плиточный пол.

– Речь пафосную произнес, вырядился, как петух, в латекс с блесками… Знаешь, с огнеметом и в пальто ты мне нравится больше. Думаешь, твой кумир хотел, чтобы ты так обосрал его образ? Ну, ты и дерьмо! – убийца бил наемника раз за разом, его затылок стал кровоточить, глаза закатились, и, в конце концов, он умер.

Султан пришел в себя. Ладья и Животное стояли возле трусливого мужчины. Никита дал Мире в руки нож.

– Вот, ощути то, что нельзя почувствовать твоей винтовкой. Пойми, что такое реальная месть и ненависть.

– Ладненько, – улыбнулась Мира, после чего нанесла первый удар. Это развлечение длилось более получаса. Думаю, нет смысла расписывать эту сцену.