Я с тобой, моя малышка!

Мысль о том, чтобы жениться на Валюше, казалась соблазнительной. Эта женщина вообще ассоциировалась у него с теплом, с нежностью, с заботой – в противоположность Ирине, образ которой в его подсознании представлялся чем-то колющим, режущим и при этом громко орущим.

Эту женщину он любил, любил так, как никогда не любил свою первую жену. С Ирой было много страсти, много эмоций и «химии», от которой ехала крыша, и которая (а ведь когда-то он в это искренне верил!) обещала перерасти со временем во что-то глубокое и незыблемое.

Но Валюша, это сероглазое чудо, совершила невозможное – оживила его, отогрела, приласкала и приняла. С ней все было по-другому: с ее стороны он видел уважение, и добро, и радость от общения… С ней жизнь была лучше, вот и все.

Но имеет ли он на все это право? Андрей не знал. Зачем он ей нужен, он тоже не понимал, искренне уверенный в том, что однажды она это тоже осознает – она может выбрать себе кого угодно, так зачем ей мужчина в разводе, с ребенком от первого брака и вечными конфликтами с бывшей женой?

– Не знаю, Кирюх, не знаю…– задумчиво повторил он.

– Думаешь, финансово не потянешь?

– Да нет, финансово-то потяну. Я мог бы обеспечить и ее, и ребенка… В конце концов, работу сменить можно, или еще одну найти. Что я, не мужик что ли? Просто я думаю, что у нее все это не всерьез.

– В смысле?! – поразился Кирилл.

– Говорит. Да, говорит. А почему ее что-то не должно устраивать? Я, между прочим, нормальный мужик, денег заработать умею… Женщинам я всегда нравился, в постели тоже пока никто не жаловался… Так что до поры до времени ей со мной реально должно быть интересно.

– А напомни, вы же уже месяцев пять-шесть встречаетесь, так?

– Да. Полгода.

– Слушай, мне кажется, уж за полгода она разобралась бы уже, хочет она с тобой серьезных отношений или нет.

– Фиг его знает, может и разобралась… Кирюх, я… просто боюсь, понимаешь? Боюсь, что я приду к ней с кольцом, а она посмотрит на меня, как на идиота, и ответит, что ей все это на фиг не надо!

– Тю! Откуда такая неуверенность в себе? – вздернул брови друг.

«Откуда-откуда», – подумал, но не сказал вслух Андрей, – «от Иры, будь он неладна!».