Так уж и быть, выходи за меня

Один из самых страшных скандалов произошел у них, когда Сергей, выведенный из себя тем, что перепуганный чем-то Костя никак не хотел успокоиться, отвесил ему смачный шлепок, вызвав еще больший фонтан.

Катя тут же бросилась к малышу, подхватила на руки, ушла в кухню и успокоила. А потом, когда дети уже тихо-мирно играли, забыв обо всех бедах, устроила Сереге такой разнос, какого он не видел ни до, ни после, пообещав ему на эмоциях, что если рукоприкладство повторится, то детей он больше не увидит.

Конечно, он от такого заявления рассвирепел, и разругались они тогда ну просто вдрызг, неделю не разговаривали.

А сейчас Никита с такой уверенностью утверждает, что готов взять на себя эту ношу. Но к чему он готов?

От уверенности, что Никита готов заниматься ее детьми лишь на словах, Катя ершилась, замыкалась в себе, отталкивала его. Она немного помолчала, по привычке сложив ладони лодочкой и прижав указательные пальцы к подбородку, а потом, прищурившись, свысока заявила:

– И еще, Никит, запомни одну вещь: если я захочу выйти замуж за кого-то, то я выйду за человека, который докажет мне, что он этого достоин, а не вывалит передо мной снисходительно кольцо в первую же нашу встречу, ожидая, что я с радостью брошусь ему на шею, как будто мне некуда деваться!

Никита все так же слушал ее молча, щурился, кусал губы, играл желваками, на которых проступил румянец, а когда она замолчала, то он еще с минуту посидел, а потом вдруг встал и вышел.

Катя вздохнула, потерла пальцами лоб, покачала головой и отставила бокал в сторону.

***

– Ты, мать дае-ешь! – с порога протянула Светка, возмущенно буравя Катю взглядом, когда на следующий вечер заявилась к ней, дабы высказать лично все, что она думает о поведении подруги. – Никитос вчера надрался в усмерть! Ты нахрена ему все это наговорила?! Оттрепала его, как малолетку! Знаешь, дорогая, по-моему, ты перегибаешь! Ты знаешь, я к тебе всегда хорошо относилась и в ваши отношения старалась не лезть, но блин!.

Она с раздражением сунула в руки подруге зонт, с которого на пол активно капало, одним движением скинула отсыревший снизу летний плащ, почти не глядя сунула его на вешалку и по-хозяйски прошла в Катину кухню. Со свойственной ей вспыльчивостью и эмоциональностью она готова была отчихвостить подругу по первое число.

– Да, Свет, я знаю, прости! – сокрушенно согласилась Катерина.