Многогранник страсти

А там хранился чей-то заботливо припрятанный неприкосновенный запас: пачка гречки, две банки тушенки, несколько супов в пакетах и мешочек с сухарями, чай и пачка сахара-рафинада. Все старательно упаковано, чтобы не повредилось от сырости.

Проголодались они к этому времени оба как следует. Нашелся котелок, растопили печку, Карина стала готовить нехитрый ужин, и тут так некстати Димка порезался.

Хотя, конечно, так приятно чувствовать, что по тебе сходят с ума, и готовы ради тебя делать глупости (это заводило, делало жизнь ярче и интересней), но одно она знала точно – она никогда не изменит Андрею.

Каша с тушенкой сварилась, и Карина принялась, обжигаясь, есть ее прямо из котелка, все равно посуды тут почти никакой не было. Котелок, пара алюминиевых ложек и металлическая кружка, вот и все, что удалось отыскать. Но и это было просто здорово – сидеть до утра голодными было бы гораздо хуже.

Карина осторожно отхлебнула чай, который вскипятила прямо в кружке. А ничего. Не смотря на то, что заварка была гранулированной, а воду она набрала прямо из озера, чай был очень вкусным. Как и гречка.

Она вышла на крыльцо, прислонилась к косяку. Солнце тонуло в горизонте спокойно и неспешно, рисуя по земле длинные нежные тени. Лес звенел от беззаботных птичьих голосов, пахло нагретой за день хвоей, озерной водой и старым деревом.

Карина вздохнула. Пожить бы вот так, на таком острове, в этом домике недельки три. И чтоб никого вокруг – только она и Андрей. Впрочем, она согласилась бы даже без него здесь пожить, в этой тишине, так непохожей на привычную суету городской жизни. А заодно без телефона, телевизора, будильника и прочих достижений цивилизации.

Карина улыбнулась своим мечтам, вернулась в хижину, сполоснула кружку.

Скрипнула дверь, на пороге показался хмурый Дима. Карина вздрогнула от неожиданности – не думала, что он вернется так быстро!

– Как прогулялся? – спокойно улыбнулась она, как будто ничего и не было, да и не собиралась она даже намекать на это.

Она рассматривала его из-под ресниц. Немного выше нее, крепкий, с намечающимся животиком. Русые волосы коротко острижены, на щеках уже отросла щетина, хотя еще с утра он брился. Зеленые глаза колючие, смотрят недовольно.

Дима помолчал обиженно, но потом взял себя в руки и принял поданную ею подачу.