Вайтсхати

Несколько минут они смотрели друг на друга, пока Катю не отвлек бабушкин голос из кухни: «Завтрак готов!».

– Ба, а ты можешь выглянуть в окно? Там мужчина какой-то странный, ты не знаешь его? – отвернувшись на мгновение от окна, крикнула Катя.

– Где, Катюш? Какой мужчина? Там нет никого.

– Хм, странно, только что был здесь, – удивилась Катя, закрывая створку.

– Иди садись скорее за стол, а то сейчас Вероника придет, и ты опять убежишь на занятия голодная.

Свист чайника прервал их диалог.

– Ты будешь чай или какао с молоком?

– Чай.

На столе уже стояли блинчики, политые сгущенкой, когда Катя вприпрыжку ворвалась на кухню. Бабушка разливала чай, высоко поднимая заварник над чашками, и напевала себе под нос.

– Ба, а почему ты всегда так высоко чайник поднимаешь?

– Коля всегда говорил, что долгий чай вкуснее, – улыбаясь, медовым голосом ответила бабушка.

– Долгий? – подняв брови, переспросила Катя.

– Да, милая, именно так он и говорил.

– Может, ты расскажешь мне что-нибудь еще о папе?

Валентина Ивановна отрицательно покачала головой и тяжело выдохнула.

– Почему-то ты никогда не рассказываешь о родителях? – обидчиво произнесла Катя.

Но Валентина Ивановна не спешила с ответом. Она медленно поднялась из-за стола и, пожелав Кате «Приятного аппетита!», отвернулась к окну.

Закончив с блинчиками, Катя в спешке надела куртку, схватила рюкзак, вбежала обутая на кухню, чтобы чмокнуть бабушку на прощание, после чего выскочила за порог квартиры и понеслась вниз, перепрыгивая ступени через одну.

Вероника уже стояла у подъезда и нервно теребила телефон.

– Ты чего так долго?

– А ты давно подошла? – на ходу спросила Катя.

– Нет, минуты две назад. Но сегодня надо поторопиться, Антон обещал принести мою курсовую, надо хоть полистать ее перед сдачей. А мы уже опаздываем, так что бежим!

– Я думала, что вы вместе ее дописывали.

– Не-а. Зачем Антону мое присутствие? Без меня он куда лучше напишет.

Девчонки выбежали со двора, и на них ни с того ни с сего обрушился ливень.

– Вот невезуха, ни одной же тучи не было! – вытирая лицо, пробасила Ника.

С ее дредов ручьями стекала вода, а вокруг глаз образовались черные круги от туши.