Когда Хранитель слеп…

 – Я тебе обязательно расскажу об этом, но попозже, хорошо? Сначала мне надо спасителя своего увидеть…

– Как появился, так и исчез, – с обидой сказала Флер. – Пока тебе первую помощь оказывала, его уж и след простыл… Знала бы я! Ведь не хотела телегу останавливать! Хитер, как лис! Сбагрил тебя ко мне на руки и смылся, – неожиданно со злостью добавила она. – Я думала, он мне заплатит… за труды. У тебя-то, как я посмотрела, ни гроша за душой… А я тебя три дня выхаживала!

– Ах, да-да, конечно, – со смущением сказала Майя, и рукой попыталась залезть в несуществующий карман длинной ночной рубашки, которую надела на нее эльфиня.

 – Это не моя одежда… Переодевать меня не стоило! – с упреком вскричала она Флер.

– Как же это не стоило?! Ты же грязная была, платье было порванное и воняло чем-то жутким. Какая из меня лекарка, если бы я тебя так оставила?! Тут дезинфекция нужна.

– У меня там трофейчик был спрятан… – с отчаянием прошептала Майя, и почувствовала, как тоска разрастается в ее душе.

– Не было там ничего! Клянусь святыми духами, не было!

Майя ничуть не усомнилась в правдивости Флер.

Наверное, этот Грейн украл. Недаром же так быстро смылся!

– Надо догнать его и вернуть диадему! Скорее! – Девушка вскочила, в спешке зацепила ногой тяжелый табурет и вместе с ним грохнулась на пол.

– Успокойся! Это бесполезно, – остановила ее знахарка, когда, вскочив, Майя снова бросилась к выходу. – Опоздала ты, девочка, всего лишь на чуть-чуть, всего лишь три дня прошло, как он испарился! Давай-ка, лучше сядем и обдумаем, где его искать.

Похоже, это очень важно для тебя? – сочувственно отозвалась эльфиня, глядя на её помрачневшее лицо.

– Да, важно, – сдалась Майя. – Речь идет о жизни моей мамы. На нашу деревню напала какая-то странная хворь. Электам несвойственно старение, ты знаешь, но моя мать превратилась в древнюю-предревнюю старуху с седыми космами, как у друидов, и слегла… И многие в нашей деревне сначала сильно постарели, а потом умерли. И никто не знал, как это лечить… Мы приглашали разных магов и лекарей, но все они говорили, что бессильны против этой скверны… А потом пришла одна очень странная колдунья – холодная и величественная – не из наших краев.

Сама пришла, без приглашения. У нее волосы… нет, даже не черные, а… вот, знаешь, есть такое душистое благовоние – «Фиолетовая ночь» называется – вот такого цвета у нее масть, и кожа бледная, с голубоватым оттенком. Она сказала, что слышала про мамину болезнь.