Усмешка тьмы

Друзья по таким глупым поводам не должны ссориться, – Джо протягивает мне слюнявый обер-точный комок, явно намекая на то, что выбросить его нужно в мое ведро. – А что до мастера компов – так вот он я, твой мастер.

– Пусть лучше ребята из магазина, которые собирали эту штуку, ею и займутся.

Он хочет сказать что-то еще, но тут входная дверь начинает трястись. По дереву скребут лапы явно не самой маленькой собаки. Догадка подтверждается, когда я слышу лай.

– К ноге, мальчик! К ноге! – приказывает псине там, снаружи, Уоррен.

Он и Биб начинают напоминать мне непрошеные всплывающие окна в Интернете.

Джо, роняя свой фантик, грузно спешит вниз по лестнице:

– Секундочку, мистер Хэллоранн! Я вам открою!

Я еще даже не сел обратно за компьютер, как уже слышу возню в коридоре.

– Сядь, черт бы тебя побрал! – ругается Уоррен. – Привет, Джо. Как дела?

– Справляемся, мистер Хэллоранн, здравствуйте. Собачка хочет конфетку?

– Вот это я понимаю – налаживание дружеских контактов! Конечно. И я одну возьму.

– Ну, я вот хотел Саймону с компом помочь, а он меня пускать не хочет.

Ответ Уоррена тонет в ухабистом гав-гав-гав.

– Эй, Саймон! – восклицает он, едва собака утихает. – Иди сюда, глянь на Нюхача.

Нюхач? Это что, какая-то шутка? Если нет – есть ли у меня повод для паники? Моя трубка где-то в комнате, и я не набивал ее уже неделю – закончилась последняя травка, которой меня в качестве утешительного приза снабдил Колин. Отсиживаться в комнате значило признать вину, и потому я поспешно сбежал вниз.

– Не давай ему повода думать, что боишься, – посоветовал Уоррен откуда-то снизу. – К тому же повода ведь и вправду нет?

– Нет, если вы умеете сдерживать это чудовище.

Собачья голова с напряженно прижатыми ушами возвышается над краем лестницы, за ней вскоре появляется и сам хозяин. Неужто хочет посмотреть, как пес отреагирует на меня? Едва он снимает черного монстра с поводка, тот бросается вперед и тычет мокрым носом мне в карман брюк.

– Похоже, у тебя новый друг, – говорит Уоррен.

Зачем весь этот абсурд? Улыбка отца Натали не выдает ничего, но глаза у него начеку.

– Уж простите меня, – отвечаю я ему так, чтобы не звучало слишком подозрительно, ибо дальше мне придется лгать, – но я не очень люблю собак.

– А Натали говорила, ты в них души не чаешь.