Второе признание

– Вперед!

Подъехав к главному входу в дом, мы сподобились большой чести. На этот раз нас встречал не печальной малый в униформе, а сам Джеймс Сперлинг собственной персоной. Однако улыбки на его лице было что-то не видать. Он заговорил с нами через опущенное стекло автомобиля:

– Что все это значит?

Было бы странно винить его в том, что он, будучи плохо знаком с Вулфом, понятия не имел, что тот никогда не задерживается в машине дольше, чем это необходимо. Прежде чем ответить, Вулф распахнул дверцу и вылез из автомобиля.

А Сперлинг все не унимался:

– Я пытался связаться с вами по телефону, но вас и след простыл, прежде чем я успел набрать номер. Что вы затеяли? Вам, черт возьми, отлично известно, что ваше появление здесь меня совсем не устраивает!

Вулф встретился с ним взглядом:

– Вы сами ко мне пришли, мистер Сперлинг. Вообразите себе, я вовсе не безрассуден. Уверяю, у меня есть оправдание, и я его представлю, но чуть позже. Когда я объясню вам и вашим родным, в чем дело, вы сами поймете, что у меня не было другого выхода.

Держу пари на свою репутацию, что поймете.

Сперлинг попытался возразить, но Вулф твердо стоял на своем. Видя, что он должен либо уступить, либо силой выставить нас вон, председатель правления предпочел первое. Они с Вулфом пошли в дом. Поскольку никто не горел желанием оказать мне помощь, я самостоятельно отогнал машину на посыпанную гравием и окруженную кустами стоянку позади дома, припарковался и направился к ближайшему входу, который находился на западной террасе.

Когда я зашел на террасу, дверь открылась и навстречу мне вышла Маделин. Я поздоровался.

Она внимательно изучила меня, склонив голову набок и полузакрыв свои огромные темные глазищи.

– Непохоже, чтобы ты сильно пострадал.

– Разве? Еще как пострадал. Просто на внешности это не отразилось. Но ограбление тут ни при чем. Это все… – Я сделал выразительный жест. – Ну, ты должна понимать.

– Я в тебе разочаровалась. – Она широко распахнула глаза. – Почему ты их не застрелил?

– Думал о другом.

Говорю же, ты должна понимать. Как-нибудь надо об этом потолковать. Огромное тебе спасибо за то, что отвлекала отца и не позволила ему помешать нашему приезду. А еще за то, что поверила мне, когда я сказал, что все это ради Гвен. Как меня здесь нынче величают?

– О, теперь только Арчи. Мне пришлось все объяснить Уэбстеру, и Полу с Конни тоже, они ведь будут сидеть с нами за одним столом. К чему все усложнять? В любом случае Ниро Вулф тоже здесь.