Завещание

 – Как ты узнала об этой женщине?

– Мама, не будь наивной! – сочувственно произнесла Сара. – Я же не глухая, и мне уже есть двадцать один год. Ты была не старше меня, когда написала «Приключения одной пташки».

– Премного вам благодарен, мисс Данн. – Вулф положил фотографию под пресс-папье рядом с карточкой Дейзи Хоторн. – Я непременно верну снимок. – Он снова посмотрел на адвоката. – Вернемся к мисс Карн. Вы были с ней знакомы?

– Не очень близко, – сказал Прескотт. – То есть я был с ней знаком – в некотором роде – примерно шесть лет.

– Вот как. Она была вашей личной стенографисткой?

– О нет. У нас их человек тридцать или около того – фирма довольно крупная. Мисс Карн была одной из них года два, а потом стала секретарем нашего младшего партнера мистера Дэвиса. Вот там, в офисе мистера Дэвиса, ее и увидел впервые мистер Хоторн. Вскоре после этого… – Прескотт умолк в смущении. – Наверное, эти детали сейчас несущественны. Я всего лишь желал пояснить, каким образом узнал мисс Карн.

– Наверное?

– Ну… – Прескотт пожал плечами. – Не наверное, а точно. Поскольку сам он не стремился держать свои отношения с ней в тайне, мне нет необходимости проявлять излишнюю осторожность.

– Хоторны, – с милой улыбкой заметила Мэй, – слишком эгоистичны, чтобы скрытничать. Они ставят себя выше сплетен.

– Трудно назвать скрытным человека, который разгуливает с любовницей по Пятой авеню, – согласился Вулф, взглянув на снимок под пресс-папье.

– Наверное, мне стоит предупредить вас о том, что поставленная перед вами задача весьма непроста, – сказал Прескотт.

– Я так и думал. Мне надо уговорить человека отказаться от четырех миллионов долларов.

– Безусловно, но я имел в виду нечто другое. – Прескотт с сомнением покачал головой. – Видит бог, я желаю вам успеха, но, судя по тому, что я слышал о мисс Карн… это будет исключительно сложное дело.

– Штауффера?

Слева раздался голос:

– Я Осрик Штауффер.

Вулф посмотрел на симпатичное лицо человека, который стремился чему-то соответствовать.

– Ага. И вы… – Вулф не договорил, предоставив собеседнику самому догадаться о том, что от него требуется.

На лице Штауффера отразилось легкое недовольство.