Нимфоманка

Мари лежала передо мной раздвинув ноги, её крупная грудь прерывисто поднималась и опускалась с каждым её вздохом. Моё возбуждение прошло, я несмело погладил Мари по круглому бедру.

– Я люблю тебя! – прошептал я. Ханада-сан села на кровати поцеловала меня в губы, она распустила волосы и чёрные густые локоны рассыпались по её плечам.

– Мне нужно помыться, – хрипло проговорила она, облизнув губы, взгляд у неё всё ещё был мутным и слегка расфокусированным. После душа Ханада-сан, как всегда, возвращалась к своему привычному образу.

– Пока Такаши-кун! – сказала она своё обычное. Наклонилась, поцеловала меня в губы и прошептала:

– Мне понравилось! Было очень классно!

Хлопнула дверь, и я остался один. Мне пришло в голову, что наши отношения ужасно убогие. Мы не могли нигде появиться вместе, нам приходилось скрывать от всех наши отношения. Это было больно и до ужаса несправедливо. Сколько раз мне приходилось видеть обжимающихся старшеклассников! Почему-то теперь я завидовал им особенно остро! А ведь ещё совсем недавно, я был безумно счастлив от того, что могу хотя бы изредка встречаться с Мари! Сегодня мы превысили время и мне пришлось заплатить за лишний час.

Впрочем, это было неважно. Я работал для того, чтобы иметь возможность оплачивать эти свидания. Когда я вышел на улицу, было уже почти совсем темно. Засунув руки в карманы куртки, я направился к станции, на секунду мне показалось, что на другой стороне улицы стоит и презрительно улыбаясь смотрит на меня Рина-тян. Но приглядевшись я понял, что это совсем посторонняя незнакомая мне девица.

В воскресенье я работал. Отец приглашал меня пойти с ними, но я естественно отказался. Думаю, Ханада-сан одобрила бы такое моё решение. Её слова о том, что мне пора повзрослеть не выходили у меня из головы. Я заметил, что у нас закончился малярный скотч и спустился за стоявшей на складе коробкой. Вернувшись с картонным ящиком в руках, я увидел Рину стоявшую около стеллажа с виниловыми обоями.

– Привет! Какими судьбами здесь? – осведомился я, стараясь казаться беззаботным и равнодушным.

– Так, мимо проходила и решила, дай зайду, может семпай работает! – отвечала Рина пожимая плечами.

– Думала ты места себе не находишь, а ты я смотрю в порядке, – продолжала она пристально на меня глядя.

– В полном! – подтвердил я, – а почему я должен переживать?

– Ну не знаю, – пожала плечами Огава, я опять поймал себя на том, что в своей голове назвал её Огавой.