Пропавшая принцесса. Тёмные времена

– Скажите мне, сир Грен, – Лалатина решила, что пришло время сменить тему, – есть ли способ доставить провизию в монастырь Святых дев?

– Нет, – решительно заявил великан, – там нет никаких других дорог! Нет никаких по которым могла бы пройти даже горная коза!

– Ясно! Значит, есть только один путь! Пробиться силой через осаждающих! – Лалатина взглянула на Лазаря, заставив себя не отводить взгляд.

– Мы сделаем это! – сказал он твёрдо.

– Что? – Грен заржал, – сколько Вас осталось? Десять? Десять монахов?

– Нас сорок человек.

Великан фыркнул.

– Сир Грен, – сказала Лалатина, – я прошу вас и Ваших людей доставить провизию настоятельнице Таине. Они голодают. Их положение отчаянное!

– Ну что ж, это можно! – сказал Грен, почесав бороду, – честно говоря, ни в одном борделе мне не было так хорошо, как в этом чёртовом монастыре! Не хотелось бы что этих горячих девчонок отправили на костёр ни за здорово живёшь! Кроме того, то что сотня монахинь третий месяц обороняет крепость против Гвардии Королевы, достойно уважения! Это позор для настоящего мужчины, не придти им на помощь!

Он помялся, скребя подбородок.

– Было бы чего доставлять, конечно! – добавил он вопросительно посмотрев на Лалатину.

– Провизию мы обеспечим! Но телеги должны быть ваши! – твёрдо произнесла леди Стоун.

– Это можно! Это мы сделаем! – Грен просветлел.

– Нам заплатят? Мои парни они…, – сказал он помявшись.

– Я заплачу вам! – сказал ему Лалатина.

– Отлично! – Грен просветлел.

– Когда вы можете выступать?

– Да хоть сейчас! Телеги есть! Лошади тоже! Люди мои тут недалеко в горах!

– Это хорошо. Думаю, пары дней нам хватит! – сказал Лалатина, опять украдкой бросив взгляд на Лазаря, который едва заметно кивнул.

– Ну, вот и договорились! – весело прогрохотал Грен, вставая и беря со стола свой топор, с таким ужасающим шумом, что Лазарь поморщился.

– Я буду здесь! – сказал Грен ухмыльнувшись, – проводи-ка меня девочка! Я зверски проголодался от всех этих скучных разговоров!

Он обнял Сэльму за талию и куртизанка повела его вниз.

– Простите, моя Королева, я знаю, что смотреть на меня не очень приятно, теперь! – сказал он с грустной улыбкой.