Изгнанник

Столько лет прошло с тех пор, они теперь стали абсолютно другими людьми. Кто знает, на что они способны теперь.

И всё-таки стал бы он его освобождать, если бы хотел убить – в этом нет никакой логики. Так что пока ждать предательства от брата не стоит, но кто знает, как оно всё повернётся в дальнейшем.

Кабинет начальника стражи не был просторным, здесь было столько места, сколько требовалось для работы. Лёгкий стол из простой древесины, такой же стул и широкое окно, чтобы дневной свет оставался в комнате как можно дольше.

– Наконец-то ты пришёл. – Джермейн отвёл взгляд от окна, куда уже били утренние лучи Солнца и холодно посмотрел на братца.

Падшему принцу не понравился его недовольный тон.

(Я тебе не прислуга братишка, чтобы нестись сломя голову через весь дворец по первому твоему приказу.)

Вслух же Альберион сказал.

– У меня были кое-какие дела. – Его тон был пренебрежительным и даже немного дерзким.

– Позволь мне представить тебе кое-кого, это Арнульф Бейтред глава королевской стражи. – Монарх подошёл к столу, возле которого стоял лысый мужчина с рыжими бакенбардами.

– Я знаю, чем он занимается. Мы уже общались, правда, не представились. – Язвительно пошутил бывший наследник. Старик на это презрительно фыркнул.

– Тогда сразу перейдём к сути. – Правитель явно не собирался тратить время на мелкие склоки.

– Ваше величество, я всё ещё настаиваю на том, что ему нельзя доверять. Он предал вашего отца, предаст и вас. Этот человек изменник до мозга костей, и перешагнёт через любого ради самого себя. – Чуть ли не брызгая слюной, кричал стражник, гневно размахивая руками.

– Мой брат человек чести Арнульф, и пошёл против отца он только потому, что счёл своим долгом перед нашим народом остановить тирана. Я верю ему как самому себе, поэтому и поручаю это дело ему. Вы уже четыре месяца ловите убийцу и безрезультатно.

– А кого убили-то? – Мага охватил азарт грядущего приключения, всё остальное стало ему тут же не интересным.

– В палате лордов нет единства. – Резко начал брат. – Какие-то лорды поддерживают меня, а какие-то против всех моих решений. Для них это в целом обычная ситуация, ничего особенного казалось бы.