Мой дорогой друг

Из окна открывался чудесный вид на домики и огромную живую ель, которая росла рядом с главным корпусом. По случаю Нового Года ёлка сверкала огнями гирлянд, отражающихся на многочисленных шарах, развешанных на ветках. Наверное, без лестниц тут не обошлось.

Согревшаяся, расслабленная, Марго вышла из ванной, завернувшись в полотенце. Она забыла халат. Её немного размазало, как сказали бы друзья спортсмены. Мысли были медленные и простые. Не хотелось сложных действий. Она подошла к окну и закурила.

– И всё же ром? Или уже шампанское? – блаженно затянулась и выпустила дым в окно.

– Сначала погоди, – оборачиваясь, брякнул Ян, потом увидел Марго и осёкся. Такой он её никогда не видел. Такой живой, уставшей, но… Настоящей?

– Прости, я не сообразил принести тебе халат, – Ян наконец взял себя в руки, – А ром давай чуть позже. У нас же ещё весь вечер и вся ночь… Впереди!

В дверь деликатно постучали, и Ян подорвался к ней, впустил столик на колёсах, уставленный блюдами, накрытыми колпаками, кофейником, графином апельсинового сока и бутылкой рома.

Ян поднял взгляд, Марго смотрела на него, и он вновь замер, не сводя с неё глаз.

– Или… По капле, может и не помешает?

– Не помешает, – эхом отозвалась она. Есть уже не хотелось. Было ощущение парения, словно голод или жажда – слишком земные потребности.

– Яничек, а я красивая? – внезапно спросила она.

Ян, чуть волнуясь, взял бутылку, плеснул по капле в пару глубоких стаканов, один протянул ей…

– Самая красивая женщина из всех, кого я видел, – не раздумывая брякнул Ян, не сообразив, что высказал то, что хотел сказать на самом деле – и боялся.

На него накатило чувство, что всё происходящее нереально. Марго была единственным человеком, чьё мнение он считал для себя весомым. Он ценил её ум и восхищался её деловой хваткой, он боготворил её как спутника в непростом мире инфобизнеса. Сейчас она перед ним. В одном полотенце.

Грегуар сменился Дэвидом Боуи. Марго улыбнулась:

– Почему же тогда ему нужен был кто-то ещё?

– Кому? – тут же сообразил, что она про своего Виктора, и наконец высказал, что думал.

– А, твоему… Да потому что козёл, уж прости за откровенность.

Даже без расспросов он догадалсся, что произошло с Марго, что привело её в кювет, из которого он её добывал пару часов назад.

Она взяла бокал:

– Мужчины, вы такие странные, – не хотелось ни возмущаться, ни думать, для этого не было сил.