Песнь мятежной любви

Я стояла так близко, что могла рассмотреть штрихи татуировок на шее и плечах, ощутить аромат хвойного шампуня. Держала его за руку и в довершении всего безобразия касалась коленом. Я согнула и отодвинула ногу, стараясь сделать это настолько непринуждённо, насколько позволяла одеревеневшая конечность.

Я не могла дольше выносить этот взгляд и стала смотреть на злосчастное полотенце. Чего надо-то? Чего смотрит?

Спокойно, Майя, не дёргайся, он пьян вдребезги, как и несчастный стакан, соображает поменьше твоего.

Чёрт! Почему Саша попросил именно меня? Неужели не нашлось более подходящей кандидатуры? И тут же, перебрав в голове список гостей, поняла, что из адекватных и способных помочь раненому, – я одна. Может, ещё Влад, но он мужчина, а я девушка, значит должна быть заботливой. Этим ли руководствовался Саша? Уф, Майя, ты пьяна, иди домой!

– Так, здесь всё, – Саша кинул полотенце в раковину.

Я кивнула. Саша смочил ватку перекисью и прижал к ладони Рода. Тот сморщился.

– Да ладно? Разве больно? Ишь, неженка! Терпи! А то водки плесну. Вот ведь давит на жалость, ещё морду скорчил, смотри-ка! – басист поднял руку, собираясь то ли погладить Родиона по голове, то ли наоборот – отвесить подзатыльник.

Тот отклонился и лёг мне на руку – занесло «слегка». Вы умеете за секунду превращаться из живого человека в каменную статую? А вот я освоила это умение.

– Извини, – пробормотал Родион, возвращаясь в исходное положение.

– Ничего страшного, – ответила я, чувствуя, что выучила ещё и речь роботов.

Интересно, Саша замечал напряжение между мной и Родионом? Или оно неявное?

Я убрала полотенце. Кровь остановилась. Последовав примеру Саши, я взяла ватный диск и смочила его в перекиси. Прикасаться к Родиону в этот раз было привычнее, да и парень, видя, что я задумала, сам протянул ладонь.

В дверях показались любопытные морды: Антон и Марс в первых рядах, позади – Влад и Женя.

– Жив солдат? – проскрежетал Антон.

– Ты уж это, Род, извини, – смешался Марс. – Я переборщил.

– С солью переборщил и борщ пересолил, – заржал барабанщик.

– Да ерунда, не смертельно, – Родион пожал плечами. – А ребята тут встали на уши.

– Так мы тебя сейчас ещё и перевяжем, – воскликнул Саша, лихо разматывая бинт.