Мнимый свет

Это она к концу дня устала и потеряла лоск, а Киан выглядел прекрасно: свежее лицо, идеально уложенные русые волосы и отутюженный тёмно-серый костюм. И всё та же тревога в глазах. Беспокойство и забота читались в его взгляде сегодня весь день.

На улице шёл снег. Капли воды от растаявших снежинок осели в волосах. Киан тряхнул головой, разбрызгивая мелкий дождь. Так непривычно было видеть его здесь, в квартире, а не в стенах офиса. Замечательный и интимный момент.

– Вообще-то я знал, что ты дома, видел машину на парковке, – напарник посмотрел на коллегу, но быстро отвёл взгляд.

Линн поняла почему – она же выбежала к нему в одном полотенце! И пусть оно прикрывало все интересные места, однако простор для воображения обеспечивало – снизу не доходило и до середины бедра, а сверху формировало глубокое декольте. Вода тонкими ручейками стекала с мокрых волос по шее в ложбинку на груди.

Девушка мгновенно стала красной как собственная машина.

– Что случилось, Киан? – она старалась не смотреть ему в глаза, зная, что смутится сильнее.

– Прости, что явился без приглашения, – он снова скользнул взглядом по девичьей фигуре, а Линн от этого испытала сильную дрожь, – но я волновался. Я чувствую вину, ведь инициатива поменяться районами исходила от меня. Я должен был оказаться на твоём месте! Отправься мы патрулировать каждый свою территорию, ты бы не пострадала!

– Не говори ерунды! – прервала его напарница. – Да, идею предложил ты, но мы все согласились и взяли на себя ответственность.

Киан кивнул, но не уверенно – заметил покрасневшие глаза.

– Я хотел удостовериться, что с тобой всё хорошо. Ты была так напугана и растеряна.

– Справился бы по мыслесвязи… – пролепетала девушка.

– Я хотел увидеть тебя, – мужчина подступил и взял её за руку. По телу пробежали такие мурашки, что дрожь до этого показалась смехотворной.

– Киан, – умоляюще пробормотала Линн.

Она не могла отвернуться и прервать этот затягивающий прелестью визуальный контакт. Нежность во взгляде напарника отдавалась болью в груди. Рука предательски дрожала от ласкового прикосновения.

Они и прежде разговаривали задушевно, смеялись, касались друг друга, но ограничивая чувства.