Серебряный город мечты

Вы даже не представляете сколько крови из-за него было пролито, Кветослава…

Много.

И представить, правда, невозможно.

Можно только застыть напротив брильянтовой парюры, размещенной на чёрном бархате, попасть под гипнотическое действие прозрачных камней, засмотреться на игру света, преломление лучей. Ослепнуть от снежного сверкание, что на первый взгляд обманчиво безобидно и привлекательно, как… Алехандро…

– Дон Диего уже ожидает в кабинете, да? – я спрашиваю шёпотом, как он.

Отстраняюсь.

И в наглые глаза, что сверкают подобно самым кровавым камням, смотрю.

– Он просил Кармен отправить кого-то за чёртовой журналисткой, – Алехандро не отпирается, изображает раскаяние и губы в извиняющей улыбке растягивает, – но я вызвался привести сам. Мне было интересно посмотреть на единственную слабость главного редактора «Dandy» вблизи, обратить ваше внимание на себя. Надеюсь, вы мне это простите, Кветослава.

Прощу.

А вот дон Диего моё опоздание мне вряд ли простит, как и Любош подобного провала после кучи потраченных денег и времени.

Соображать, Крайнова, надо было быстрее.

– Мой фотограф. Минута, и мы сможем подняться.

Если интервью ещё в силе.

Сомнения Марека я, кажется, оправдала.

– Вашего фотографа у стола с закусками и в компании очаровательной леди вы, боюсь, не найдете, я отправил его наверх. Думаю, они со стариком сейчас заканчивают съемку. Мы будем как раз вовремя, Квета, – Алехандро улыбается.

Подставляет локоть.

И пальцы, едва касаясь, на сгиб приходится положить, оставить своё мнение при себе, вспомнить о работе и профессионализме, что не позволяют вылить до сих пор полный бокал шампанского на голову скучающего богатого наследника.

– Не сердитесь, Квета, – он просит примирительно.

Тормозит на втором витке лестницы, куда гостей не пускают два плечистых секьюрити и где нас уже не видно, поэтому руку с локтя очаровательного внука дон Диего я убираю.

Но он удерживает.

Забегает вперёд и путь заграждает.

– Мне, правда, было интересно познакомиться с вами до того, как вы испортите мнение о де Сорха-и-Веласко после общения с моим стариком, – он признается, скользит пальцами по моей руке, опускается до запястья, переплетает наши пальцы.

– В самом деле.