Невозвратимое

И разве его неприглядные средства не служили великой цели?

В кармане пиджака завибрировал телефон, и Вяземский остановился у небольшого окна на лестничной площадке. Присел на подоконник, достал телефон и прочитал короткое сообщение: «Приезжай на кофе. Приготовил две чашки». Профессор тяжело вздохнул. Это был им самим придуманный шифр, и прежде, получая этот сигнал, он откладывал все дела и мчался в больницу. Стоило ли ехать теперь? Вяземский сомневался. И все-таки решил поехать. Хотя бы для того, чтобы скоротать вечер.

Он не выходил на улицу больше месяца, и холодный январский воздух показался ему удивительно свежим. Светило солнце, издалека доносилось щебетание птиц. Города уже грезили о весне, но впереди их ждала лишь беспощадная пустота похищенного аномалиями пространства. И Вяземскому было безмерно жаль – февраля и весны, что уже никогда не наступит. Этого мира, вдруг ставшего таким уязвимым и хрупким. Своего собственного будущего. И прошлого, потерявшего свою ценность без надежды на завтрашний день.

Отсутствие будущего стирает прошлое, если некому принять наследие предыдущих поколений. Человечество исчезнет, не оставив о себе памяти, и в этом Вяземскому виделась горькая ирония. Перед глазами стоял образ мокрицы, раздавленной им несколько часов назад. Он был для нее неведомой силой, непостижимой и иррациональной. В ее восприятии окружающего мира он был аномалией. Если бы она могла мыслить философскими категориями, имело бы для нее значение, убила ее высшая божественная сущность или такое же, как и она, творение природы, только более сложное и совершенное? Вяземский не мог найти для себя ответа.

Каким бы тайным смыслом ни наделяли смерть, она оставалась смертью. И в ней не было ничего, с чем он мог бы смириться.

Глава 6

30 января 2016 года

В больницу Вяземский приехал уже затемно. У проходной, по обыкновению, собралась толпа посетителей, но сегодня очередь двигалась медленнее обычного. Подойдя ближе, Вяземский разглядел у входа вместо знакомого ему полноватого охранника двоих крепких ребят, которые тщательно досматривали всех пришедших.

Когда подошел его черед, он достал пропуск, подписанный главным врачом, и показал одному из новых охранников. Тот вцепился в него пристальным взглядом, сравнивая стоящего перед ним человека с черно-белой истертой фотографией. Вернув пропуск, охранник молча указал Вяземскому на рамку металлоискателя, кивком приглашая его войти внутрь.