Конфетки, бараночки…

– Ну, Гришины вкусы просты, он мясного пока стережется, так перловой каши с грибами и легкой ушицы, думаю хватит. Семушку намедни прислал свежайшую, надобно сготовить. Закусочки там под водочку, можно и коньяка… Ты уж придумай, Анисья!

– Не впервой, барыня, угодим.

Ляпунова зевнула, быстро перекрестив рот, и снова взялась планировать.

– С Перекатовым тоже хлопот не будет, он вечно гостевыми обедами перебивается, каждому приглашенью рад. Мы его котлетками побалуем с пареными овощами. Ума не приложу, что новому гостю подать! Ведь я с Бабушкиным не знакома.

– Смотрины – дело серьезное! – заметила я. – Может, понравитесь друг другу и заживете одним теремком с полнехоньким погребком. Совет да любовь, расширение капиталов.

– Скажете тоже, – застыдилась Ляпунова и уже деловито прибавила: – Надеюсь, с капиталом у него полный порядок, потому как я не столь богата, чтобы с голодранцем сойтись.

У дверей застучали осторожно, показалась кучерявая русая голова парня, который на дворе Федору помогал.

– Ольга Карповна, я печную заслонку наверху починил, с дровами закончил, таперича к Артамоновым собираюсь, может, какие ваши слова передать?

Ляпунова не спеша отпила из чашечки яблочный узвар, оттопырила мизинчик и важно сказала:

– Ступай Вася, да напомни братцу о вечере. Обещали навестить.

– Доброго здоровьица, Ольга Карповна! Все исполню, – парень нам слегка поклонился и неуклюже оборотившись, скрылся в коридоре.

Некоторое время мы молча прихлебывали теплый душистый напиток (корицу, что ли туда добавили?), потом я не утерпела, спрашивать начала:

– Красивый юноша. Сколько ему лет, интересно?

Ляпунова презрительно фыркнула:

– Увалень деревенский! Сила есть, ума не надо. Заслонку он починил… А ломал зачем? Ручищи, как колоды. С чего мне его лета считать, он Гришин работник, вот придет братец, могу спросить, ежели вам нужно.

После обеда мы с Ольгой Карповной разложили пасьянс, и по всему выходило, что в скором времени нас ждет большая удача в любви и полное финансовое благополучие.

Первым груздем, тьфу… гостем оказался купец Григорий Артамонов – мужчина дородный и обстоятельный. Откушав рюмочку водки с бутербродом из семушки, он начал расспрашивать меня о пушном промысле и золотых приисках в Сибири. Пришлось соврать, что мы – Третьяковы, разбогатели на мелкой торговле и доходных домах.